|
А вот дальше - в тамбуре - у них вышла осечка. Услужливо взобравшись по скобам к невысокому потолку переходника, Бибер, поднатужившись, откинул вверх, внутрь корабля, второй, внутренний люк тамбура и, неожиданно проявив проворство, совершенно ему на первый взгляд не свойственное, подтянулся на руках и забросил свою упитанную тушку - вместе с радикулитом, остеохондрозом и другими к ней приписанными хворями - во внутреннее пространство отсека. После чего оттуда - изнутри - все так же проворно крышку люка и захлопнул. Со страшным лязгом и грохотом. Маховичок гермозапора с размаху пришелся точно по темечку рванувшемуся следом за своей жертвой Рони, и тот, не говоря ни слова, громыхнулся на своего приятеля в кожанке, сметя его вниз и приложив копчиком о замок внешнего люка. Это дало Бобру фору больше, чем в минуту. - Проклятый педераст чем-то привалил люк! - зло пробормотал Рик, напрягаясь, чтобы отворить вход в отсек. Его партнер не счел нужным ответить на это чем-либо, кроме злобного пучения глаз и нечленораздельного мычания. Однако, как только люк-таки подался, он рванулся в открывшийся проход и, крепко навернувшись о ящик с противопожарным инвентарем, которым и была придавлена клятая крышка, загрохотал по кольцевому коридору с явным намерением догнать и прикончить наглого Алоиза. Погоня эта успехом не увенчалась. Рик догнал своего разъяренного напарника только у потолочного люка командного отсека. Люк был настежь распахнут, а Рони наконец-то обрел способность к членораздельной речи. - Ушел, жаба! - выдавил он из себя, осторожно трогая левой рукой стремительно набирающую силы шишку на темени. Правой, в которой был зажат парабеллум, он махнул напарнику: - Засвети прожектора, Рик, может, жирный пидор себе шею свернул или ноги поломал - все-таки семнадцать метров... Но Алоиз Бибер не свернул себе шеи и не поломал ног. И, разумеется, даже переломав все свои кости, он не стал бы дожидаться Рика и Рони на выложенном скользкими стальными плитами полу ангара Р-18. - Все-таки уполз, гадина, - признал Рони, отклеившись от экрана внешнего обзора рубки управления. - Надо было ворота сразу перекрыть.. Надеюсь, у него хватит ума не поднимать шума... Принимая во внимание, что перед хозяином кораблика и «груза» отдуваться придется ему... А вот хозяина этого надо перехватить, пока они не встретились... - Ничего, - успокоил его Рик. - Далеко не уйдет, ишак долбаный. Хубилай ему долго гулять не даст... Попрошу его мне отдать - на ремни порежу урода... - Вот Кубле, - заметил Рони, снова бережно касаясь своей теменной шишки, - о том, что у нас тут получилось, так сразу докладывать не стоит... Бобер не приходил в Эверглейд, ты понял? О чем-то догадался и - не пришел. А ангар и корабль нам сдал Фостер. После душевного разговора над бассейном с рыбками... Пусть уж лучше шеф считает Бобра гением, чем нас - лопухами... И молись богу, чтобы он Кубле в лапы не попался, - Кубла нам такого прокола не простит. Он поднял взгляд на своего партнера, проверяя, не дурак ли он. И зло добавил: - Сам жабу прикончу. Если на этом свете встретимся. * * * «Интересно, - подумал Анатолий, - что бы на моем месте стал делать Хромой?» И тут же ответил сам себе: «А ничего он делать не стал бы - он просто никогда не влип бы в подобное идиотство. Никогда и ни за что!» Багажник, в котором знаменитый писатель, связанный наподобие предназначенного в приданое барана, коротал неопределенное, ужасно долго тянущееся время, был темен, довольно плохо вентилировался, но зато прекрасно пропускал звуки голосов, пререкающихся в салоне автомобиля. |
