И Рику и Рони, естественно, не в радость была капитанова выдумка с отработкой броска. Но и оспаривать в ней, выдумке этой, было нечего: с новым, не сработавшимся еще экипажем любой толковый капитан просто обязан был держать ухо востро и спуску такому экипажу не давать. Да оно было и к лучшему: не дай бог капитану взбрело бы в голову лично досмотреть, скажем, тот же самый медблок, в котором, пристегнутый ремнями к противоперегрузочному ложу, в глубоком сне отходил от обработки электрошокером и крутой химией непонятный господин Смольский.

    Знакомство с этим господином и другие сюрпризы кэпу лучше было преподнести уже там - в окрестностях Инферны. После броска.

    Команды Листера Рик и Рони отрабатывали профессионально, без излишней спешки, четко рапортуя об их выполнении, результатах, показаниях приборов. Кэп мог быть вполне доволен как кораблем, так и экипажем.

    -  Отлично, ребята! - каркнул Листер, кладя руку на тяжелую рукоять запуска нуль-перехода. - Теперь - имитация перехода. Расслабьтесь... Даю отсчет. Десять...

    Внизу, на пассажирском уровне, в своей каюте, федеральный следователь сделал последний глоток апельсинового сока, чтобы забить противный вкус стабилизатора, и сунул опустевший стакан в держатель. Проверил замки ремней безопасности и откинулся на зыбкие подушки противоперегрузочного ложа.

    -  Девять...

    Рони тяжело вздохнул, разглядывая бегущие перед ним по экрану графики. Чем, черт возьми, займет их капитан в оставшиеся семь с лишним часов? И чем им самим занять капитана, чтоб не совал нос куда не следует?

    -  Восемь...

    Кэп достал из нагрудного кармана вибратор, прикоснулся им к металлической стойке поодаль.

    В грузовом отсеке запертый в контейнере Кирилл расслабился и прикрыл глаза. Подпространственный переход - бросок - всегда давался ему нелегко. Даже апельсинового сока, чтобы забить отвратную оскомину от стабилизатора, у него под рукой не было.

    -  Семь...

    Корабль выходил в точку условного перехода, четко выдерживая вектор скорости и заданную величину ускорения. Оно - это ускорение - начало мягко вдавливать людей во чреве «Ганимеда» в подушки кресел и лож. Тех, под кем были такие подушки.

    -  Шесть...

    Кэп Листер и сам не любил пользоваться стабилизирующим препаратом - уже сейчас его начинал бить неприятный озноб. Он знал, что озноб этот и неприятное покалывание в кончиках пальцев рук и ног пройдет нескоро - часов через шесть. Но зато уже в первые же секунды после перехода он - кэп Листер - будет в форме...

    -  Пять...

    «Скорее бы уж кончилась эта дрессировка», - с тоской подумал Рик. Ни его, ни Рони побочные эффекты стабилизатора не мучили. Они эту гадость глотать и не думали: лишний раз травить себя ради натуральности тренировочного прогона - дело чересчур уж дурацкое..

    -  Четыре...

    Мягкая лапа ускорения напряглась, стало трудно вдыхать воздух, веки налились сонливой тяжестью... Что-то металлическое сорвалось с креплений на камбузе - с коротким, энергичным бряком. Непременно что-то в этом духе да стрясется за пару секунд до...

    -  Три...

    Капитан уверенно сунул два пальца в кольцо чеки, продетой сквозь рукоять пуска. Рик удивленно уставился на эти пальцы. Перевел взгляд на лицо кэпа...

    -  Два...

    -  Кэп? - недоуменно спросил Рик

    И поперхнулся, встретившись с капитаном глазами.