Судно резко ушло вправо, так что страховочная рама зажала Джеку плечо, а затем загрохотав, лазерный испаритель выдал дробный разряд.

Джек успел увидеть кувыркавшиеся обломки размером с малолитражку.

После этого «мусорщик» Марка вернулся на центр орбиты.

– А вот это был…

– Малый контрабандный груз. Выпрыгнул из взломанного «нуль-порта».

– Ты успел ударить по нему?

– Успел. Но соседям в секторе не понравится – у них «четыре-восемь-шестьдесят четыре».

Джек кивнул. У «мусорщиков» использовались схемы расчета разбиения обломков при первом, втором и последующих ударов испарителем. Каждый последующий объект разбивался проще, но количество более мелких увеличивалось.

В идеале, хорошим тоном считалась ликвидация объекта-нарушителя целиком и с фрагментами за один виток, однако все было не так просто. То и дело появлялись новые отвлекающие угрозы и помимо дерзких прорывов контрабандных грузов, происходило естественное обрушения спутниковой группировки состоявшей из десятков тысяч аппаратов.

Где-то отказывали компенсирующие двигатели, где-то истекал срок эксплуатации. Причин хватало. А между тем, с поверхности планеты продолжали подниматься суда, а ее орбитальные хабы продолжали принимать и отправлять в дальние рейсы грузовики и пассажирские суда.

И все это требовало безопасного орбитального пространства, очисткой которого и занимались «уборщики» восьми секторов Лимы-Красной.

8

После первых залпов Джек ожидал, что сейчас такая канонада будет преследовать их до конца смены, однако внезапно, наступила тишина. И она длилась минуту, потом пять, а затем и дольше.

– Марк, а что случилось? Почему ничего не происходит?

– У тебя внешний канал не включен, – пояснил Марк. – Я думал ты постепенно вникаешь.

– Да нет, просто затупил! – воскликнул Джек и щелкнув джойстиком подключился к радиосфере, где разворачивались грандиозные события.

Где-то «рядом», достаточно четко проговаривали какие-то числа. Чуть «дальше» в слегка замикшированном помехами эфире велись переговоры сразу нескольких абонентов, которые в спокойном режиме обменивались сведениями о подходе очередного массива обломков.

Кто-то кому-то советовал перейти на спокойную орбиту и там дозарядить какую-то систему.

«Поломался наверное,» – подумал Джек.

А между тем, в еще более далеком слое уже начиналась истерика. Пилоты кричали, кто-то требовал усиления его орбиты, видимо обращаясь к диспетчеру, а тот стараясь говорить спокойно призывал не паниковать.

– Марк, чего в панораме так темно? У тебя на экране ярче было…

– Включи подсветку на «автомат», картина будет полной и дополненной.

Джек снова покачал головой, поскольку опять «затупил» и включив нужную настройку, увидел сигнальные огоньки, по меньшей мере, двух сотен объектов на орбитах, но ярче других светившиеся «нуль-порты». И, конечно, треть панорамы занимал край Лимы-Красной, получившей это название из-за пылевых облаков, которые вздымались над пустынями сезонными вихрями.

После этого, какое-то время, лишь небольшая часть планеты выглядела слегка красноватой, а вся остальная оставалась желтой, а где-то даже голубой или зеленоватой.

– Марк, ты в игре? – прозвучало вдруг так громко и явственно, что Джек даже испытал желание сдернуть панораму и оглянуться.

– Да, Стиви, я здесь.

– Я слышал у тебя стажер появился.

– Да, мы теперь в усиленном варианте патрулируем.