– Привет, Марк! К нам переходить не думаешь? – спросил кто-то еще.

– Думаю, вот примчался жалом поводить. Кто тут у вас сегодня основной?

– «Зеленая звездочка», за ним встраивайся.

– Понял, встраиваюсь…

Джек слушал все эти реплики и вертел головой, стараясь выхватить из предоставленного панорамой максимум сведений.

Что здесь вообще происходило? Никакого опасного «облака», к которым обычно выдвигались «мусорщики» система оповещения не показывала. Только непонятный вихрь из белоснежных точек – какие-то были покрупнее, какие-то помельче. Они вращались вокруг некой центровой оси, однако их смещение относительно Лимы было равно нулю. И теперь «мусорщики» из Первого сектора и соседи с Восьмого ходили вокруг этого стоячего феномена и крушили самые крупные обломки, чтобы когда эта структура развалится и обломки двинутся по обычной орбите, с ними было бы меньше проблем.

Одни суда, отстрелявшись делали перерыв на перезарядку и в это время начинали стрелять те, кто уже зарядился. И глядя через панораму на весь этот рисунок с каруселью обломков и кольцевым строем «мусорщиков», Джек насчитал примерно два десятка судов.

А еще слышал множество нелестных высказываний владельцев спутников и космических фабрик, которые были вынуждены сжигать топливо корректирующих двигателей, чтобы передвинуть свои объекты на выделенные им временные орбиты.

Но иначе было нельзя, «карусель» обычно имела дискообразную форму, перекрывавшую сразу несколько штатных орбит, поэтому в срочном порядке бороться с ней бросали все наличествующие силы.

Впрочем, помимо основной проблемы возникновения этого феномена, представлявшего неудобство для орбитального бизнеса, существовала опасность для «мусорщиков» в тот момент, когда вследствие выбивания определенной массы обломков «карусели» происходило ее «обрушение».

Это случалось одномоментно и выражалось во внезапном переходе всех фрагментов «карусели» к логичному движению по орбитам вокруг планеты. Именно поэтому разбивавшие этот феномен суда держались с «подветренной стороны», которой считалась та, что работала по часовой стрелке, если смотреть с Северного полюса.

Однако, иногда движение уцелевших обломков начиналось в противоположном направлении и были очень редкие случаи, когда часть «карусели» уходила в одну сторону, а часть в другую.

Ликвидация «карусели» всегда считалась особо опасной для «мусорщиков» работой, поэтому к месту ее ликвидации стягивались также и спасательные суда. И все перемещения этих десятков и сотен самоходных бортов и спутников контролировала Центральная Диспетчерская Система, имевшая серверные мощности на орбитальных пунктах и дополнительные – на поверхности планеты.

12

«Карусель» разбивали в течении двух часов и она «обрушилась» штатно, двинувшись по Северной часовой стрелке. В эфире на втором плане снова послышались стоны администраторов-частников, которым приходилось теперь возвращать свои аппараты на прежние орбиты.

– Ну что, начальник, я пойду домой? – задал вопрос Марк обращаясь к диспетчеру.

– Не спеши, тут еще в одном месте зашиваются. Принимай координаты…

– Координаты? – изумился Марк.

– Ты как будто в первый раз, – с усмешкой произнесла Барбара.

Джек отметил, что у нее очень красивый голос, наполненный очарованием и силой. И одновременно мелодичный. Правда, так она разговаривала только с Марком, в остальном эфире ее команды звучали с совершенно нейтральной интонацией, иногда строже, иногда с нажимом, если пилоты пытались возражать, а возражать они пытались через раз.