Хотя, думаю, если бы у него не было столько женщин, он не смог бы дать мне того, что давал сейчас.

С другой стороны, он был настолько хорош в постели, что, возможно, это природный талант.

— Как ты себя чувствуешь, милая? — тихо пророкотал Колт мне на ухо. Я прижималась к его телу, скользя пальцами по его коже, и все остальные мысли унеслись прочь.

— Отлично, — прошептала я, и как только тяжёлые мысли оставили меня, я поняла, что так и есть. Как я могла так радоваться за нас с Колтом, за Морри и Ди, радоваться возвращению мамы и папы, даже после письма Эми и всего остального дерьма? Не знаю.

Но я была счастлива.

Колт прижал ладонь к моему бедру, провёл ниже и сжал мой зад.

— Лучшая задница во всём округе, — пробормотал он, и я усмехнулась.

— Ты провёл много исследований? — поддразнила я.

— Да, — ответил он. Я подняла голову и посмотрела на его скрытое тенью лицо, а Колт продолжил: — Что я могу сказать? Я любитель задниц.

Я не могла удержаться и рассмеялась, но потом скользнула рукой по его груди к шее и тихо спросила:

— Как ты, детка?

Я смотрела, как в темноте он немного приподнял голову от подушки и снова уронил её, вздохнув.

— Бывали дни и получше. — Он сжал пальцами мою задницу и закончил: — Но лучших ночей не было.

Я наклонилась, поцеловала его ключицу и решила сменить тему.

— Мне придётся готовиться к худшему каждый раз, когда какой-нибудь мудак из моего прошлого будет входить в бар, когда ты там?

— Нет, — тут же ответил он, — думаю, сегодня вечером я всё доказал.

Я уставилась на него и поняла, что он прав. То, что он проревел моё имя, привлекая к нам внимание, вытянул признание из Аарона, поставил под сомнение слова Стью (любой, кто дважды подумает над этим, чего они, скорее всего, не сделали много лет назад, решит, что глупо было бы даже рассматривать возможность того, что я стала бы спать со Стью), мой разговор с Морри — всё это было разыграно идеально. Не говоря уже о том, что мы с Колтом снова были вместе, целовались и делили еду от Фрэнка, жили вместе. Две недели назад все знали, что Колт ни за что не подойдёт ко мне, и считали, что это в том числе и потому, что я ходила по рукам. Но правда в том, что я всегда была его женщиной, и мои похождения, даже после нашего расставания, рассматривались как предательство (а на девушек с такой репутацией всегда смотрят свысока, неважно заслужено или нет). И как всегда в маленьком городке, особенно когда дело касалось нас с Колтом, начнутся разговоры. И каждый парень, который болтал про меня, скорее всего, будет выглядеть идиотом.

— Ты Супермен? — тихо спросила я.

— Почему?

— Перепрыгивать здания за один присест, в одну секунду спасти репутацию девушки и тому подобное.

Колт немного помолчал, а потом ответил:

— Я не могу перепрыгивать здания за один присест, но могу заставить тебя кончить так мощно, что ты проделаешь дыру в моей стене.

— Я не проделала дыру в твоей стене.

— Повезло, что на картине плексиглас и я хорошо её закрепил, иначе мы лежали бы на осколках.

— Ты такой засранец, — сказала я, улыбаясь.

Мы оба замолчали. Теперь в голове у меня остались только счастливые мысли. Но как выяснилось, Колт думал о другом.

— Знаешь, мне не нужно было ничего спасать.

Эта фраза так меня удивила, что я подняла голову и посмотрела на него.