Вот и все.

Но потом мой палач падает на меня, будто потеряв равновесие. Я жду удар боли. Укус жара. Агонию. Проходят секунды, и ничего. Неужели пламя потухло?

Мужик отстраняется, и я вижу в его глазах боль, а потом он пялится себе на грудь. Слева из его жилета торчит треугольный наконечник стрелы, прямо над сердцем. Кровь сочится по краям. Ему прилетела стрела в спину. У меня отвисает челюсть, а он падает на колени, потом навзничь, мертвый.

Кто стрелял?

Вокруг раздаются вопли: Джеральд и его люди пытаются понять то же самое. Я осматриваю толпу, а потом деревья и густой кустарник на границе наших владений. Что-то движется слева от меня, привлекая внимание. Это Вадор, спина прямая, будто палку проглотил. Он похож на генерала, стоя рядом с деревом и наблюдая вдалеке от толпы. Но лук держит не он. Рядом в кустах сидит на корточках Сэмюэл, снаряжая новую стрелу.

Они здесь!

«Тристан! — кричу я ему. — Мы...»

Мои слова обрываются, когда в дерево рядом с моим бедром что-то вонзается. Я вздрагиваю. И снова бросаю взгляд на Сэмюэла. У него раздраженно дергаются губы. На тетиве больше нет стрелы.

Он что, выстрелил в меня?

Я беспомощно смотрю, как он достает из колчана еще одну стрелу и снова целится, прошивая меня взглядом. Я напрягаюсь. Пытаюсь изогнуться, чтобы уйти от него.

— Что ты делаешь? — кричит Тристан с той стороны двора. Не знаю, то ли ему все видно, то ли я послала ему то, что вижу сама. — Сэмюэл! Нет!

Но потом я ясно понимаю, что происходит. Элитные гвардейцы пришли спасти Тристана.

И убить меня.

Это их воздаяние за нападение, которое я якобы на них совершила. Сэмюэл сам мне говорил, что все так и будет. Они поверили Аннетт.

Сэмюэл выпускает следующую стрелу, и из моего горла вырывается крик, когда она вонзается мне в бедро. Ярко-красная кровь вспухает вокруг древка, живо контрастируя с белым платьем. Попадание не смертельное, но оно и не нужно. Это стрела Сэмюэла.

Яд.

Тристана удерживают, но он все равно поднимается на колени.

— Что ты наделал?! — У него срывается голос на последнем слове.

— Там! — орет Джеральд, указывая пистолетом. — Они среди деревьев!

Он стреляет один раз, но из глубины леса и с вершины утеса в воздух взмывает лавина стрел. Люди падают — в основном солдаты Мэска, — пораженные с невероятной точностью.

В Джеральда тоже попали, в предплечье и бок, но он удерживается на ногах.

— В атаку!

Он снова стреляет.

Стрела в моем теле вызывает жжение, похожее одновременно на лед и огонь, сжигая меня изнутри и вызывая шок. Мне не хватает воздуха.

Джеральд выбрасывает пистолет, когда тот перестает стрелять, и хватает лук, целясь в деревья. Безумие на его лице множится, когда все больше его людей падает рядом с ним. Потери растут, и некоторые люди из Мэска складывают оружие и поднимают руки, сдаваясь. Десятки оставшихся во дворе людей пригибаются, ожидая своей участи.

— Покажите лица, трусы! — орет Джеральд. — Сражайтесь с нами, как мужчины!

Толпа затихает, будто ожидая ответа.

— Освободите наших людей, и мы не перебьем вас! — кричит Вадор. Из-за дерева виден лишь край его профиля.