О.

Под его взглядом у меня вспыхивают щеки.

— А как насчет целителя? Или противоядия? Это была твоя стрела. Ты что, не знаешь, как это исправить?

— Противоядия нет, — говорит Сэмюэл.

— Да конечно есть! — кричу я. — Что это был за яд?

Он колеблется с ответом, явно подозревая злой умысел в том, к чему я веду.

— Крапива Дэшера.

Я тяжело сглатываю, меня охватывает страх. Я не знаю названия, но это ничего не значит. Не то чтобы кланы когда-то обсуждали с Кингслендами, как и что называть.

— Покажи мне ее: листок, растение. Что бы это ни было.

В глазах Сэмюэла вспыхивает раздражение, но он отпускает мое горло и делает шаг назад.

— Она никуда не пойдет, Райленд. — Он передает молодому солдату свой нож.

Райленд смотрит, как Сэмюэл уходит по коридору, потом поворачивается ко мне.

— У нас нет времени ходить и собирать цветочки. Ты должна его вылечить. Сейчас же. — Он опускает нож вдоль бедра, и его губы, совсем как у Тристана, вздрагивают. Может, они братья?

— Я не знаю как, — шепчу я.

— Попробуй.

С тем же успехом он мог бы попросить меня полететь. Просто расправить руки и воспарить. Невозможно. Абсурд.

И все же я киваю и возвращаюсь в комнату. Тристан выглядит ужасно. Картина смерти — синие опухшие губы и такая бледность, что я вижу его вены. Но больше всего меня пугает звук, вырывающийся из его легких. Глубокое потрескивание и стон на каждом вдохе. Если мы даже вольем в него галлон противоядия, уже слишком поздно. Повреждения слишком обширны. Он умрет.

А потом и я. От руки Сэмюэла.

Глаза Тристана приоткрываются, и он шарит взглядом вокруг, будто ищет что-то. Я слишком ярко помню то мучение, которое он сейчас переживает, и придвигаюсь поближе, чтобы он меня услышал.

— Как мне забрать часть яда обратно?

— Ты это сделаешь? — с изумлением спрашивает Вадор.

Сэмюэл врывается в комнату и пихает мне в руки стеклянную миску.

— Вот! — говорит он, его кожа блестит от пота. В миске лежат листок и две ягоды с черными пятнами.

— Полынь лолло, — бормочу я. — В Ханук мы этим травили крыс. — Хвала чистым небесам. — Это не антикоагулянт. Но она вызывает некроз клеток, что объясняет проблемы с дыханием. И боль. Хуже: это ударяет по печени и почкам. — Мои мысли летят со страшной скоростью. — Противоядие называется фесбер, он защитит почки. Листья тоже использовать. Они помогут циркуляции и насыщению крови кислородом. Начнем с этого: отвар фесбера, растение брать целиком вместе с корнями.

Почему они не двигаются?

— Вы что, не знаете, что это такое? — спрашиваю я. — Маленькие фиолетовые цветы с пушистыми листьями. Растут на каменистых возвышенностях. Они должны быть у вас хоть где-то. Дайте мне бумагу, я их нарисую. И белого чертополоха надавить! Он ему тоже понадобится, для поддержки печени... — Столько растений приходит на ум, только времени нет.

Сэмюэл с Райлендом обмениваются скептическими взглядами. Они знают то же, что и я: слишком поздно. Эти средства могли бы помочь Тристану, не будь у него в теле смертельной дозы яда. Сейчас он уже слишком далеко.