— Как увижу — передам, — пообещал Холидей.

— Ну ладно, не двигайтесь, сейчас я побрею вас настоящей бритвой.

Минуты через три цирюльник закончил, и Холидей, заплатив гривенник, вышел на улицу. Проведя два года в Тумстоуне и Лидвилле — городах, которые Эдисон буквально открыл заново, — он никак не мог заново привыкнуть к лошадям у коновязей, к кучкам навоза на дороге и газовым лампам, что средь бела дня освещают темные уголки комнат.

Холидей заглянул к Мейбл Гримзли и занял свой обычный столик. Мейбл сразу вышла к нему с чашкой в одной руке и кофейником в другой.

— Ага! — сказала она. — Мой любимый клиент!

— Скорее самый известный и зловещий, — ответил Холидей.

— Это одно и то же, — улыбнулась хозяйка. — Сохраните за собой громкую дурную славу — и останетесь моим любимым клиентом.

— Шарлотта к вам не заглядывала?

— Часа два-три назад. Сказала, что у нее кое-какие дела, но не захотела беспокоить вас. Решила, раз вы накануне играли в карты, то встанете очень поздно.

— Она была права отчасти, — криво усмехнулся Холидей. — В карты я проигрался и продрых только до девяти.

Мейбл засмеялась.

— Говорят, вы за две ночи выиграли несколько тысяч. Не может же вам всегда везти.

— Не может, — согласился Холидей. — Однако мечтать не вредно.

— Что заказывать будете, Док? Как обычно?

Холидей уже думал взять, по привычке, тост и яичницу, однако тут понял, что сильно голоден. Должно быть, накануне ночью не успел нализаться как следует.

— Мне, пожалуй, небольшой стейк.

— Забавно, — улыбнулась Мейбл. — Готова была поклясться, что вы — Док Холидей.

Она ушла на кухню, а он достал из кармана книжку. Холидей все еще читал ее, когда Мейбл принесла завтрак.

— Что у вас там? — спросила хозяйка, указав на книгу.

— Биография президента Линкольна, — ответил Холидей. — Приобрел в магазине смешанных товаров. — Закрыв книгу и отложив ее в сторонку, он спросил: — Как думаете, сколько давали за голову Джона Уилкса Бута?

— Кто он такой? — спросила Мейбл.

— Убийца мистера Линкольна.

Хозяйка задумчиво нахмурилась.

— Сколько дают сейчас за Билли Кида?

— Десять тысяч.

— Ладно, тогда… пятнадцать?

— Сотню тысяч, — улыбнувшись, произнес Холидей.

— За голову одного человека? — поразилась Мейбл. — Черт, даже за Джеронимо дают всего двадцать. Вот что бывает от начитанности, — пожала она плечами, — узнаешь кучу всего бесполезного.

— Вот дочитаю и оставлю эту книгу вам, — пообещал Холидей. — Даже так, берите ее сейчас. Все, что мне было интересно, я вычитал.

Мейбл покачала головой.

— Без обид, Док, но мне хватает Доброй Книги. Каждое утро перед тем, как идти сюда, прочитываю по десять глав.

— Порой десять глав не составляют и половины страницы, — заметил Холидей.

— Неважно, как они длинны, — ответила Мейбл. — Важно, что в них.

— Ваша правда.

— Вы читаете Библию, Док?

— Больше нет, — покачал он головой.

Мейбл понимающе кивнула.

— Полагаю, людям вашей профессии это только мешает.

— Я по профессии дантист.

— Будь вы исключительно дантистом, не ели бы у меня задаром.