Они принимали то, что операторы называли «снежком». Обнаруженный ими радиолокатор находился за линией горизонта – слишком далеко, чтобы заметить их самолёт, в конструкцию которого были встроены элементы технологии «стелс». Подобно тому как можно обнаружить человека с включённым фонариком в руке задолго до того, как тот сумеет увидеть вас, так и действующий радиолокатор издалека выдавал себя. Мощный излучатель служил маяком для непрошеных гостей вроде вперёдсмотрящего, который должен обнаруживать приближающегося неприятеля. Местоположение, частота излучаемых импульсов и мощность радиолокатора записывались на магнитную плёнку и подвергались тщательному анализу. Дисплей на консоли оператора электронной разведки демонстрировал участок, «освещаемый» радаром, причём на экране репитера перед пилотом опасный участок был окрашен в красное. Пилот приложит все усилия, чтобы не приближаться к этому участку.

– Вот ещё один, – негромко заметил оператор электронной разведки. – Ого, ты только посмотри, какая мощность излучения, наверняка установлен на борту самолёта. Должно быть, один из их новых АВАКСов. Определённо двигается с юга на север, пеленг сейчас два‑ноль‑два.

– Понял, – отозвался пилот, который непрерывно обшаривал взглядом тёмное небо. «Лансер» летел вообще‑то на автопилоте, но правая рука лётчика все равно находилась в нескольких дюймах от ручки управления, и он готов был в любой момент бросить бомбардировщик в сторону, перейти в крутое пике или включить форсаж. Где‑то справа находились японские истребители, скорее всего два F‑15, но они будут кружить поблизости от Е‑767.

– Только что обнаружил ещё одного… пеленг один‑девять‑пять… другая частота излучения и… одну минуту, – произнёс оператор электронной разведки. – О'кей, произошло резкое изменение частоты излучения. Он находится сейчас скорее всего за линией горизонта.

– Может нас обнаружить? – спросил пилот, снова поглядывая на экран. За пределами красной зоны опасности жёлтым цветом была обозначена зона возможного обнаружения – пилот думал о ней, как о зоне «может быть». В данный момент их бомбардировщик находился всего в нескольких минутах лета от пересечения границы этой зоны, и сейчас она представлялась пилоту весьма опасной, особенно в трех тысячах миль от авиабазы ВВС в Элмендорфе.

– Не могу сказать ничего определённого. Думаю, лучше отвернуть влево, – посоветовал оператор электронной разведки и тут же почувствовал, как самолёт накренился на пять градусов. Для успешного осуществления операции необходимо было избегать всякого риска. Операция заключалась в сборе информации – так профессиональный игрок в карты окидывает взглядом стол, прежде чем сесть в кресло и сделать первую ставку.

– Мне кажется, там что‑то промелькнуло, – послышался тревожный голос одного из операторов Е‑767. – На пеленге ноль‑один‑пять, курс на юг.

Вращающаяся дисковая антенна над корпусом Е‑767, равно как и всё остальное радиолокационное оборудование самолёта, была произведена в Японии и опережала по уровню высокой технологии все системы такого рода в мире. Мало что могло сравниться с нею, как и многое из созданного японскими инженерами. Три таких самолёта действовали на восточных подступах к Японии. Мощность радиолокационных импульсов, излучаемых антенной, достигала трех миллионов ватт и примерно в четыре раза превышала мощность любого американского воздушного радара, однако высочайший уровень технологии заключался не в мощности, а в том, каким образом осуществлялось слежение за окружающим пространством.