– Пятьдесят миль от берега.

– Понял, – ответил пилот. – Как ты себя чувствуешь? – спросил он через секунду. Проникновение во вражескую зону на столь малой высоте требовало максимального внимания – даже если полет происходил на автопилоте.

– Нет проблем, – ответила она. Вообще‑то дело обстояло несколько по‑иному, но от неё ожидали именно такого ответа. Сейчас наступила самая опасная часть полёта, когда предстояло миновать радиолокационную станцию на возвышенности у Айкавы. Здесь находился наиболее слабозащищенный участок оборонного периметра Японии. Между островом и полуостровом образовался семидесятимильный разрыв, который почти перекрывался радиолокационными станциями с обеих сторон. Эти станции, однако, были устаревшими, их построили в семидесятые годы и не модифицировали после смены режима в Северной Корее.

– Снижаемся, – произнесла она, отрегулировав датчик высоты на автопилоте до семидесяти футов. Теоретически самолёт мог лететь над ровной поверхностью и на высоте пятидесяти футов, но он находился в турбулентных потоках, и потому второй пилот положила руку на ручку управления, создающую иллюзию управления истребителем. Если она увидит даже рыбацкую шхуну, тут же рванёт ручку на себя, поднимая самолёт выше, чтобы избежать столкновения с мачтой судна.

– Берег через пять минут, – послышался голос одного из офицеров электронного противодействия. – Нужно повернуть направо и перейти на курс один‑шесть‑пять.

– Поворачиваем. – Самолёт чуть накренился.

В транспортном отсеке было всего несколько иллюминаторов. Старший сержант Вега сидел рядом с одним из них и посмотрел наружу. Там он увидел конец крыла, склонившегося к едва различимой чёрной поверхности, испещрённой гребнями волн. Зрелище заставило его тут же отвернуться. Сейчас ничего от него не зависело, так что, если самолёт коснётся крылом поверхности моря и рухнет вниз, у него не останется времени даже на то, чтобы понять, что произошло. По крайней мере так ему однажды объяснили.

– Вижу берег, – сказал пилот, заметив свечение огоньков через очки ночного видения. Настало время снять их и вести самолёт. – Беру управление на себя, – произнёс он.

– Пилот взял управление на себя, – ответила второй пилот, разминая уставшие пальцы и позволив себе сделать глубокий вдох.

Самолёт пересёк береговую черту между Оми и Ичифури. Сразу после этого пилот начал набирать высоту. Автоматическая система полёта над пересечённой местностью могла функционировать в трех режимах. Пилот установил её в «жёсткий» режим, что ставило в тяжёлое положение самолёт и в ещё более тяжёлое летящих в нём пассажиров, но зато в конечном итоге было самым безопасным для всех.

– Как там относительно АВАКСов? – спросил пилот у офицеров электронного противодействия.

– Я заметил очень слабые радиолокационные импульсы от одного из них в направлении на девять часов. Если мы продолжим полет у самой земли, нас не обнаружат.

– Приготовьте блевотные пакеты, парни, – посоветовал пилот и повернулся к сержанту, который будет руководить десантированием: – Десять минут.

– Десять минут, – выкрикнул сержант, глядя в сторону транспортного отсека. В это мгновение самолёт резко подскочил вверх и тут же свернул направо, облетая первую горную вершину на берегу. Затем он быстро упал вниз, как бывает на особенно. крутых аттракционах в увеселительном парке, и Джулио Вега вспомнил, как однажды поклялся, что никогда больше не согласится подвергнуться таким испытаниям.