– Господи, надеюсь нам дадут пару минут спокойного полёта чтобы успеть подойти к люку, – пробормотал Вега между приступами рвоты.

– Лучше не рассчитывай на это, – произнёс капитан Чека и тут же наклонился к своему блевотному пакету. Его примеру мгновенно последовали остальные рейнджеры.

Фокус заключался в том, что самолёт следовало вести между горными вершинами, которые должны были постоянно находиться между ним и радиолокационными станциями. Для этого требовалось лететь вдоль долин. Теперь «глобмастер» снизил скорость до двухсот тридцати узлов и даже при выпущенных закрылках и предкрылках и компьютерном управлении его бросало из стороны в сторону, причём беспорядочно в каждое следующее мгновение. На дисплее сейчас был виден горный коридор, по которому летел самолёт, на экране то и дело мелькали красные предупредительные надписи, тут же исчезавшие, как только автопилот вводил поправки, что не мешало пилотам вздрагивать от ужаса. Лётчики никогда особенно не доверяли автоматическим системам, и сейчас их руки стискивали штурвалы, готовые взять управление на себя, но побеждавшие в последний миг это искушение. Казалось, идёт сложная игра между людьми и электронным мозгом, старающимся, в свою очередь, переубедить профессионалов, которым приходилось полагаться на микрочипы, потому что их собственные рефлексы не способны были отреагировать в доли секунды, необходимые для принятия решения. Они наблюдали за проносящимися мимо зелёными пиками, которые представляли собой горные утёсы, местами нечёткие из‑за росших там деревьев, и почти всегда эти пики вздымались выше летящего самолёта до самой последней секунды, когда его нос взмывал вверх, а желудки пилотов пытались последовать за ним, и тут же самолёт снова нырял в пропасть.

– Вижу точку десантирования. Пять минут, – крикнул пилот, повернувшись в сторону хвостового отсека.

– Всем встать! – скомандовал сержант. В это мгновение самолёт снова нырнул, и кто‑то из десантников едва не взлетел вверх, когда его ноги отделились от пола. Один за другим они направились в сторону хвостового люка, уже открытого. Как только рейнджеры пристегнули вытяжные тросики парашютов к протянутому под потолком кабелю, в хвосте открылся грузовой люк, и двое солдат быстро сняли крепление с контейнеров, стоявших на поддонах посреди хвостового отсека. «Глобмастер» в последний раз выровнялся, и Вега в открытый люк увидел тёмную долину внизу и уходящую в небо гору слева от самолёта.

– Высота пятьсот футов, – послышался голос пилота по системе внутренней связи. – Действуйте.

– Ветер нормальный, – объявила второй пилот, которая дублировала компьютер, контролировавший десантирование. – Одна минута.

Над открытым люком вспыхнула зелёная лампа. Пристёгнутый ремнями сержант ВВС стоял у люка, загораживая путь рейнджерам. Он окинул их взглядом.

– Будьте там поосторожнее, поняли?

– Извините нас за беспорядок, что мы тут оставили, – качнул головой капитан Чека. Сержант усмехнулся.

– Мне приходилось убирать нечто куда худшее. – К тому же уборкой займутся подчинённые. Сержант в последний раз проверил десант. Вытяжные тросики у рейнджеров пристёгнуты, никто не стоит на пути скатывающихся контейнеров, сбросом которых будут управлять из кабины пилотов. – Все готово, – произнёс он в интерком и отошёл в сторону, уступая место у открытого люка капитану Чеке. Держась руками за его края, тот опустил левую ногу в пустоту.

– Десять секунд, – послышался голос второго пилота.