|
Вечера удлинились. Эндрю и Мадлен сидели закутанные, прихлебывали слабенький кофе и вели неспешную беседу. Перед самым исчезновением кофе из магазинов Мадлен закупила изрядный запас, но они все равно позволяли себе такое пиршество всего два-три раза в неделю. Прочитали вечернюю газету - листок бумаги с мелким текстом на обеих сторонах; дальше читать все равно было нельзя из-за сгустившихся сумерек. Включать же электричество в неслужебных помещениях разрешалось теперь только после девяти вечера. Если не считать холода и легкого голодного подташнивания, превратившегося в постоянное ощущение, Эндрю испытывал чувство довольства и расслабленности. Здесь, в этой комнате, в обществе Мадлен, можно было забыть об агонии, в которой корчился город за пределами Пейла, и о неясном будущем, уготованном счастливчикам, оказавшимся по эту сторону его рубежей. Об этом нельзя было все время думать, иначе жизнь стала бы совершенно невыносимой. Дэвид обещал заглянуть часов в девять. Они спокойно дожидались его в темноте. Он появился ближе к десяти. - Хочешь, включу свет? - предложила Мадлен. - Если он вам помешает, то лучше не надо, - сказал Дэвид. - При свете лучше, - сказал Эндрю и поднялся с места. Приход такого гостя был посягательством на их уединение, и ему хотелось это подчеркнуть. Дэвид заморгал от яркого света. Его лицо было изможденным; это заметила и Мадлен. - Присядь, Дэвид, - предложила она, - я дам тебе чего-нибудь выпить. - Как у вас с виски? - спросил он. - Очень просто: никак. Могу предложить "кокберн". Не возражаешь? Дэвид помотал головой. - Вполне здравая идея. Я запас его после нашей свадьбы - когда мы вернулись из Брюсселя. Две дюжины, по двадцать семь шиллингов шесть пенсов бутылка. Сколько же их осталось? - Точно не знаю. Дюжины полторы. - Тогда тащи пару. Время найдется. - Ты выглядишь утомленным, - сказала Мадлен. - Слишком много хлопот? - Терпимо. - Он зевнул и перевел взгляд на Эндрю. - Есть свежие письма от Кэрол? - Последнее пришло сегодня утром. - У нее все в порядке? Мадлен аккуратно наполнила портвейном три рюмки и принесла их в комнату на подносе. Дэвид решил произнести тост: - За лето! Сегодня в полдень термометр на крыше министерства показывал три градуса тепла. - Это уже кое-что, - сказал Эндрю. - Слишком мало и слишком поздно. Ты хоть представляешь себе, как быстро убывают наши иностранные капиталовложения? Знаешь, что предпринимались попытки договориться о продаже Ираку ближневосточного имущества "Бритиш Петролеум"? Концессий, оборудования, заводов - всего? - Грустно. Но это поможет протянуть хотя бы еще немного. - Переговоры сорвались. Ирак больше не признает британского правительства, ибо оно не в силах осуществлять суверенитет над собственной территорией. Так что имущество присвоено без всякой компенсации - видимо, в порядке самозащиты. - Что же теперь будет? - спокойно спросила Мадлен. - Здесь? - Он кивнул на Эндрю. - Во-первых, Энди уже через несколько дней лишится работы. - Почему? - Телевидение прикроют. Слишком расточительное средство связи для территории, площадь которой ограничена Пейлом. - А потом? - Есть идея продержаться. |
