|
Газеты главным образом интересовались скандалом, сотрясавшим одну из нигерийских политических партий, хотя не обошлось и без очередной истории о зверском обращении с народом банту. В 9.15 они вернулись к конторе Бейтса. Контора представляла собой закуток на третьем этаже - всего одна комната, разделенная надвое фанерной перегородкой. В "приемной" тарахтела на машинке брюнетка с еврейской внешностью. Выслушав Эндрю, она сказала: - Сейчас узнаю, сможет ли мистер Бейтс принять вас. Она говорила по-английски с акцентом уроженки Центральной Европы, предположительно Вены. Постучав в дверь, девушка на некоторое время пропала из виду. Появилась она уже в сопровождении самого Альфа Бейтса - невысокого человека лет сорока, с глуповатым и одновременно хитрым выражением на красном лице. Его рука интимно возлежала на плече секретарши. Ласково отпихнув ее, он приветствовал посетителей: - Прошу вас, входите! Рад, что вы пришли. Самое милое дело - начинать трудиться с утра пораньше. Здесь черным за нами не угнаться. Они много чему научились, но по-прежнему чертовски ленивы. Он усадил их на стулья, сам же взгромоздился на вращающийся табурет у письменного стола. Стол был далеко не новым, с отколотым углом. Бейтс вооружился блокнотом и перьевой ручкой. - Ваши фамилии? Начнем хотя бы с этого... Мистер Эндрю Лидон и миссис Мадлен Картвелл, - повторил он за Эндрю и впился в обоих своими серыми глазками. - Но вы хотя бы в одной упряжке? Вам не нужны разные квартиры? - Нет, - успокоил его Эндрю, - одна на двоих. - Не обращайте на меня внимания, - сказал Бейтс. - Живите как хотите. Только свободы с каждым днем остается все меньше. Вам нужно скромное местечко? Ничего шикарного? - Мне нужна работа, - сообщил Эндрю. - Наши деньги пропали, когда заморозили фунты стерлингов. - Целиком? - Да. - Так, - кивнул Бейтс, - выходит, вас надо относить к особой категории - самых невезучих. Правда, могло получиться и хуже, верно? Сидели бы сейчас все в пупырышках от мороза у себя на севере... - У вас есть что нам предложить? - прервал его Эндрю. Бейтс окинул его взглядом: - С вами дело посложнее. Разве что армия - а так не больно-то разбежишься. - Мне все равно, чем заниматься. - Как и большинству белых, оказавшихся здесь, - а ведь они попали сюда раньше вас. - Может ли подвернуться хоть что-нибудь на телестудии? Согласен на что угодно. Бейтс засмеялся: - Там сыновья вождей драят полы! Нет, телевидение - это полное табу. Забудьте об этом. - Его взгляд стал оценивающим. - Не думаю, чтобы ваше телосложение оказалось подходящим для ручного труда, особенно в здешнем климате. Считается, что сейчас стоят прохладные деньки, но вы этого ни за что не заметите. - Не найдется ли что-нибудь для меня? - спросила Мадлен. - Как раз об этом я и размышлял, - сказал Бейтс. - Я бы мог перебросить вас на ту сторону. - На ту сторону? - Ночные клубы расположены на противоположной стороне лагуны. На белых женщин есть спрос - при условии, что они молоды и... - тут он ухмыльнулся, - привлекательны. - Чем бы я там занималась? Боюсь, что из меня не выйдет ни танцовщица, ни певица. - Ходить туда-сюда вы по крайней мере можете! Потом вы присядете за столик и позволите кому-нибудь угостить вас. |
