— Черт возьми, где ты шлялся? Если бы ты был рядом, я бы могла уйти с целым состоянием.

— Извини. Это невозможно было отложить.

— Ну, ладно, ладно. — Она сгребла остатки прежней роскоши и засунула банкноты в бумажник.

Мы спустились вниз и выпили на посошок. Один из копов, подрабатывающих здесь в свободное время, узнал меня и сморщился, как будто мое присутствие озадачило его. Я не стал рисоваться в баре, чтобы не нарваться на неприятности. На всякий случай, для очистки совести, мы пробежались по дансингу. Эдди Пэкмена не было. Значит, его не было здесь вообще, так как заведение не имело отдельных кабинетов.

Похоже, Венера была так же разочарована, как и я.

— Паршиво, да?

— Радоваться нечему.

— Хочешь поискать где-нибудь еще?

— Где?

— В городе полно мест. Я считаю, что лучше начать с отелей. Он не будет тратить время, мотаясь по ночным клубам, если только он не с такой женщиной, которая заставит его прыгать до потолка.

— Да черт с ним. Завтра будет день, и я найду его.

— Но я хочу видеть, как это случится, — она надула губки.

— А ты кровожадная.

— Ну и что?

Она засмеялась, блеснув зубами. Я наклонился к ней и приложил свои губы к ее губам. Она не поцеловала меня. Ее ногти царапнули мою руку, а зубы прокусили нижнюю губу, и она слизнула выстудившую кровь язычком.

Все случилось мгновенно, как будто меня укусила змея, чей яд лишает тебя способности двигаться и вызывает дрожь в коленках.

Она дышала так часто, что слова напрыгивали одно на другое:

— Не… делай… этого никогда… больше. Не надо… когда вокруг люди.

Я понял ее состояние. Я взял ее под руку и повел к машине, чувствуя, как ее нога касается моей и как ее глаза обшаривают мое лицо. Венера знала, что делать, чтобы завести мужчину.

Когда я сел за руль, служитель вышел из своей каморки и, помахав мне на прощанье, заработал еще полдоллара. Я выехал со стоянки и направился в город.

На какое-то мгновение свет фонаря осветил машину, мчавшуюся с выключенными фарами, и я поймал ее отражение в зеркале заднего вида. Я никак не успел бы избежать столкновения. Большой автомобиль сначала врезался в задний бампер, потом промчался мимо нас справа. Прозвучали оглушительные выстрелы из крупнокалиберного револьвера, оставившие огромные дыры в ветровом стекле.

Единственное, что я успел сделать, это нырнуть вниз и вывернуть насколько возможно руль. Машину развернуло и потащило юзом на обочину. Когда покрышки оказались на песке, я вывернул руль в обратную сторону. Задние колеса замолотили воздух, а нос наклонился вперед, намереваясь нырнуть в кювет. Немножко покачавшись, машина ударилась задними колесами о землю и, вздрогнув, замерла.

Венеру швырнуло на меня. Кровь была на ее лице, — видимо, осколки стекла порезали ей щеки. Я не мог выговорить ни слова и только повторял, как попугай: «Черт возьми, черт возьми!»

Темная струйка крови медленно стекала в вырез ее блузки. Я рванул края выреза. Пуговицы выдержали. Рванул посильнее, и они отлетели, обнажив ее прекрасную грудь. Мне было мучительно больно из-за того, что я не уберег эту женщину. Я пытался нащупать рану, ожидая наткнуться на страшную дыру, через которую улетучивается ее жизнь. Но, не найдя ничего подобного, я просто стер кровь с груди ладонью, чтобы лучше видеть. Она больше не текла. Не было никакой дыры.

— Черт возьми!

Ее глаза открылись, и она прошептала:

— Скажи еще разок.

Я выполнил ее желание, повторив то же самое, только теперь уже с улыбкой.