— Не могли бы вы оба выйти из машины? — спросил Джефферсон Паркс.

Допрос затянулся почти до утра. Полицейские не разрешили Мишель уйти и попытаться отыскать мужчину, которого она видела в грузовике.

Вслед за тем она провела чрезвычайно неприятный час со старательно вытиравшим о нее ноги Уолтером Бишопом. Услышав о ее задержании, он не поленился лично прилететь сюда, чтобы сделать Мишель строгое внушение.

— Напоминая о том, как вам повезло с тем, что вы все еще остаетесь в Службе, я надеялся, что это произведет на вас впечатление, — витийствовал Бишоп. — Теперь же я узнаю, что вы суете нос в дела, которые решительно вас не касаются. Вы вляпались, да так, что дальше уже некуда. — Он взглянул на Кинга. — Хотя нет, тут я ошибаюсь, вы же теперь водитесь с одним из легендарных неудачников Службы. Можете основать вдвоем клуб, клуб провалившихся агентов. Верно, Шон?

Кинг, еще работая в Службе, терпеть не мог Бишопа, Бишоп же, когда распинали Кинга, вопил громче всех.

— Поосторожнее, Уолт, — ответил Кинг. — Дело о печатной клевете я уже выиграл, могу выиграть и дело об устной. И будь уверен, возможность отсудить у тебя кусок твоей задницы доставит мне немалое удовольствие.

— Ты не имеешь права так со мной разговаривать! — взревел Бишоп.

— Я больше в Службе не состою, поэтому сохрани свое фиглярство для тех, кому оно интересно.

— У меня еще ни один кандидат в президенты не погиб!

Вскоре после этого беседа закончилась.

Бишоп унесся в Вашингтон, а к Шону с Мишель присоединились Паркс и шериф — они сидели вчетвером, попивая плохой кофе из автомата.

Паркс явно был расстроен:

— Я говорил вам, Кинг, чтобы вы не покидали зону моей юрисдикции. И пожалуйста, мне сообщают, что вы не только находитесь в другом штате, но еще и вынюхиваете что-то в том самом городе, где был убит Клайд Риттер. А сверх того, я узнаю, что ваша спутница замешана в убийстве какой-то здешней женщины.

— Я же не заскочил в самолет, летящий на Фиджи, — резко ответил Кинг. — Я приехал в Северную Каролину машиной, набитой недоеденным шоколадом.

— И нам повезло настолько, что мы поймали беглых преступников, — прибавила Мишель. — Мы помогли вам.

— За это признателен, — произнес шериф, — однако мне хотелось бы получше понять вашу связь с миссис Болдуин. У нас здесь ни одного убийства не было — ну, со времени Клайда Риттера, — и мне все это нисколько не нравится.

Мишель пересказала ему разговор с Лореттой, опустив лишь то, что касалось черных кружевных трусиков и всего происходившего в номере Кинга в ночь перед смертью Риттера.

— Да, история непонятная, — сказал шериф. — Похоже, Лоретта не сказала вам ничего, что могло бы связать кого-нибудь с ее убийством.

— Верно. И я не уверена, что мой визит к ней как-то с ним связан.

— А деньги у нее во рту? Вы сказали, они ваши.

Мишель кивнула:

— Во всяком случае, я так думаю. Я дала ей сто долларов за то, что она мне помогла. — И Мишель прибавила, помолчав: — Я к ее смерти никакого отношения не имею.

Шериф кивнул:

— Мы проверили ваше алиби. Во время убийства Лоретты вас видели в Виргинии.

— Так каков же все-таки мотив? — спросил Паркс. — То, что вы сейчас описали, — это немотивированное преступление. Разве что у женщины имелись враги, о которых вам ничего не известно.

Шериф покачал головой:

— Лоретта Болдуин была последним на земле человеком, у которого могли появиться враги.