Изменить размер шрифта - +
Когда Чармейн подошла к столу, там было светло почти как днем. Чармейн отпихнула «Дас Цаубербух» в сторону и схватила лежавшую под книгой кипу писем. Надо было проверить. Если Питер говорит правду, значит, одно из писем с просьбой поступить в ученики к дедушке Вильяму — от него. Поскольку раньше Чармейн просмотрела их по диагонали, она не запомнила, видела ли именно это письмо, а если именно этого письма там нет, значит, она имеет дело с самозванцем, возможно, еще с одним лаббоком. Это надо было уточнить.
      Ага! Вот оно, в середине кипы. Чармейн нацепила очки и прочитала:
      
      
      
        [5]
      
      
      Выходит, тут все правильно, подумала Чармейн не то с облегчением, не то с досадой. Должно быть, когда она просматривала письма в первый раз, глаз выхватил только слова «в ученики» вверху страницы и «с надеждой» в низу, а эти слова были во всех письмах до единого. Похоже, дедушка Вильям поступил точно так же. А может, так плохо себя чувствовал, что не мог ответить. Так или иначе, теперь Чармейн придется иметь дело с Питером. Вот гадость! Хорошо хоть он не страшный, подумала она.
      Тут ее отвлек донесшийся издалека взволнованный вопль Питера. Чармейн как попало запихала письма под «Дас Цаубербух», скинула с носа очки и метнулась в коридор.
      Из ванной валил пар, смешанный с отбившимися от стаи пузырями. За завесой пара Чармейн еле различила, что на нее надвигается что-то огромное и белое.
      — Что ты на… — начала Чармейн.
      Больше она ничего не успела сказать, потому что огромное белое неизвестно что вывалило гигантский розовый язык и лизнуло ее в лицо. Кроме того, оно громогласно затрубило. Чармейн покачнулась назад. Это было как будто тебя лизнуло мокрое махровое полотенце и тепло поприветствовал слон. Чармейн прислонилась к стене и уставилась в гигантские умоляющие глазища неведомого создания.
      — Знакомые глаза, — заметила она. — Что он с тобой сделал, Потеряшка?
      Из ванной, запыхавшись, выскочил Питер.
      — Не понимаю, где я ошибся, — пропыхтел он. — Вода из-под крана не такая горячая, чтобы заварить чай, и я решил подогреть ее Увеличительным Заклятьем.
      — Вот что, немедленно верни все как было, — велела Чармейн. — Потеряшка стала размером со слона.
      Питер мельком покосился на гигантскую Потеряшку.
      — И не со слона, а всего лишь с ломовую лошадь. Зато трубы раскалились докрасна, — сказал он. — Что же мне делать?
      — Ну знаешь! — воскликнула Чармейн.
      Она осторожно отодвинула в сторону исполинскую Потеряшку и пошла в ванную. Сквозь пар было плохо видно, но она различила, что из всех четырех кранов и сливного бачка хлещет в раковину, ванну и ватерклозет кипящая вода, а трубы вдоль стен и вправду раскалились докрасна.
      — Дедушка Вильям! — воскликнула она. — Как мне сделать, чтобы вода в ванной стала холодная?
      Среди шипения и бульканья раздался ласковый голос дедушки Вильяма:
      — Дальнейшие инструкции где-то в чемодане, душенька.
Быстрый переход
Мы в Instagram