Изменить размер шрифта - +
Облезлый хвостик Потеряшки завилял, глазенки следили за каждым движением Питера. Казалось, собачка прекрасно понимает, что Питер делает, хотя пузыри и ограничивали ей обзор.
      — Ясно, — сказал Питер и протянул кусочек Потеряшке. Потеряшка деликатно взяла его в зубы, спрыгнула со стола на стул, а оттуда на пол и засеменила прочь, чтобы съесть добычу где-то за мешками с грязным бельем. — Как насчет чашки горячего чаю? — спросил Питер.
      Чашка горячего чаю — об этом Чармейн мечтала с тех самых пор, как свалилась с обрыва. Она задрожала и поплотнее завернулась в свитер.
      — Было бы кстати, — сказала она. — Вот сам и сделай, если знаешь как.
      Питер отогнал пузыри в сторону и осмотрел чайники на столе.
      — Кто-то же все это заваривал, — заметил он.
      — Наверное, дедушка Вильям, — отозвалась Чармейн. — Не я.
      — Следовательно, это возможно, — напирал Питер. — Не стой столбом с беспомощным видом, найди кастрюлю или что-нибудь в этом роде.
      — Вот сам и ищи, — буркнула Чармейн.
      Питер наградил ее презрительным взглядом, зашагал по кухне, отмахиваясь от пузырей, и наконец наткнулся на битком набитую раковину. Там он, естественно, сделал все те же открытия, что и Чармейн.
      — Тут нет кранов! — поразился он. — А все кастрюли грязные. Где же он берет воду?
      — В саду есть водокачка, — беспощадно ответствовала Чармейн.
      Питер поглядел за пелену пузырей в окно, где по стеклам все еще струился дождь.
      — Здесь что, нет ванной? — спросил он. И не успела Чармейн объяснить, как туда попасть, как он махнул рукой, пробрался через кухню ко второй двери и оказался в гостиной. Пузыри ринулись за ним, и он сердито отскочил обратно в кухню.
      — Что за шуточки?! — изумился он. — Не может быть, чтобы у него было всего две комнаты!
      Чармейн вздохнула, еще плотнее завернулась в свитер и отправилась показывать дорогу.
      — Открой дверь еще раз и поверни налево, — объяснила она, после чего ей пришлось схватить Питера за рукав, потому что он повернул направо. — Нет. Так попадаешь в какое-то очень странное место. Налево — это сюда. Ты что, право и лево не различаешь?
      — Нет, — признался Питер. — Никогда не умел. Обычно приходится обвязывать палец бечевкой.
      Чармейн закатила глаза к потолку и подтолкнула Питера влево. Они оказались в коридоре, где стоял страшный шум, потому что в окно в торце хлестал дождь. Постепенно в коридоре посветлело, и Питер огляделся.
      — Теперь поворачивай направо, — сказала Чармейн и пихнула его в нужном направлении. — Вот тебе дверь в ванную. Остальные — в спальни.
      — Ух ты! — восхитился Питер. — Он искривил пространство! Скорей бы и мне научиться! Спасибо! — добавил он и ринулся в ванную. Чармейн на цыпочках двинулась в кабинет, а вслед ей неслись возгласы Питера: — Замечательно! Краны! Вода!
      Чармейн юркнула в кабинет дедушки Вильяма и закрыла за собой дверь, а между тем затейливо выгнутая лампа на столе зажглась и стала разгораться.
Быстрый переход
Мы в Instagram