– Почему ты не можешь этого сделать, когда находишься в замке? – спросила Эйрадис.

– Здесь мне намного страшнее, – просто ответил священник. – Тут другой календарь – полнолуние и равноденствие всегда совпадают...

– У нас тоже приближается равноденствие.

– А тут, когда во время полнолуния наступает равноденствие, камни идут к реке напиться.

– Мы должны соблюдать осторожность, – сказала банши. – Пока складывается впечатление, что камни остаются на своих местах. Может быть, они дожидаются восхода луны.

«Или собираются нас поймать», – подумала Эйрадис, но промолчала.

На сей раз пейзаж выглядел мрачно. Лишь бутоны утесника напоминали о наступившей весне; по большей части земля оставалась влажной и серой. Темное низкое небо предвещало дождь. Определить, какое сейчас время дня, было невозможно. Спутники ограничивались короткими восклицаниями, помогая друг другу находить дорогу среди разбросанных повсюду камней.

– Волынка сегодня не играет, – заметил священник, с тревогой поглядывая на небо, где лениво зависла огромная стая ворон.

– Да. И вороны что‑то нами заинтересовались.

– Верно.

Во дворе дома не было ни цыплят, ни голубей, ни кошки. Зеленые ставни плотно закрывали окна. Листья и обрывки папоротника валялись по когда‑то чистому дворику, а на усыпанной ракушками дорожке виднелись глубокие следы – видимо, по ним волокли что‑то тяжелое.

– Они уехали, – зачем‑то проговорила Эйрадис.

– Я бы сказала, – добавила Хэзер, – что вскоре после нашего визита. Боялся ли Вулфер Мартин Д'Амбри появления во дворе своего дома Джона Д'Арси Доннерджека, или на то были другие причины?

На лице у банши появилось таинственное выражение.

– По‑моему, я знаю другой способ заставить стража отступить – но лучше оставить его на крайний случай.

По общему согласию, а не повинуясь некой формуле, они все взялись за руки. Чистые звонкие голоса слились, когда прозвучали волшебные слова:

Мария, Матерь Божия,

Леди Семи Скорбей,

Защити нас от мрака.

Мария, Королева Небес,

Леди Семи Радостей,

Засияй в ночи.

Мария, Кипарис Сиона,

Леди Семи Небес,

Прогони врага и отнеси нас домой!

На мгновение Эйрадис показалось, что христианское заклинание сработало. Страж стал меньше, потускнел, когти и клыки приобрели материальность. Но в тот момент, когда она решила, что враг собирается отступить, закончилось последнее трехстишье, и чудовище зловеще захихикало, зловонное дыхание с хрипом вырывалось из его пасти, а страшные клыки и когти вновь начали мерцать.

Эйрадис услышала, как у нее за спиной принялся хрипло ругаться крестоносец, который с трудом тащил по склону священника и свою цепь.

– Не пришло ли время воспользоваться последним, запасным шансом? – прошептала Эйрадис, обращаясь к банши.

Плакальщица быстро отвернулась, но Эйрадис успела заметить промелькнувшую в ее зелено‑серых глазах скорбь.

– Не исключено, что это навлечет на тебя опасность в будущем, Эйрадис. Может, не нужно прибегать к последнему средству?

– Разве у нас есть выбор? Ты же сама сказала, что мне нельзя надолго задерживаться в Вирту. А какого рода неприятности ждут меня, если ты воспользуешься своим знанием?

– Это заклинание очень сильное, оно способно привлечь внимание Властелина Ушедших. Или он полностью сосредоточится на тебе, если уже знает о твоем присутствии в Вирту.

– Давай! – решительно сказала Эйрадис и опасливо оглянулась, хотя прекрасно понимала, что Танатосу под силу подойти к ней с любой стороны.