- Пошли. Я не стал есть, ждал тебя. Думал, может ты тоже проголодаешься.

   Я кивнула. Он пододвинул чемодан к себе и повернулся в сторону огромной парковки. Не говоря больше ни слова, мы двинулись в сторону его машины. Я справа от него, чемодан - слева, который он забрал под свою опеку. В оливково-зеленой футболке с V-образным вырезом, которая идеально сидела на таких широченных плечах, коричневых шортах, которые демонстрировали ровный загар и мускулистые икры, в кроссовках, он выглядел таким... обычным.

   Но лучше.

   Аарон, должно быть, почувствовал, что на него смотрят, потому что он оглянулся и поднял поцелованные солнцем брови.

   - У меня что-то на лице?

   Я поняла, что мои щеки заливаются румянцем; вот, что значит, быть пойманным с поличным.

   - Нет. Просто... странно видеть тебя вот так. Лицом к лицу.

   Я колебалась секунду, прежде чем сказать правду, но мы обещали друг другу на лгать, и что-то внутри меня подсказывало, что узнай он через инет сколько во мне всякого дерьма, то он бы не поленился и высказал бы мне это лично.

   - В общем, не такой уж ты суровый парень, как я думала.

   Его губы вновь сформировали неуверенную улыбку, которая все никак не могла определиться стать ли ей уверенной или не стоит, но вдруг он подмигнул мне.

   Он подмигнул. Мне.

   Затем он произнес самые прекрасные слова на свете.

   - Если тебе станет легче, мы можем поговорить о... - Он махнул рукой, указывая на свой зад. Задницу, которую однозначно нужно включить в каталог лучших задниц в мире, но попозже, когда перестану так очевидно на нее пялиться.

   Я сжала губы и постаралась не улыбнуться.

   Но не удержалась.

       Глава 16

       Аарон улыбался мне.

   Он мог быть моделью подиума, с такими скулами, которыми можно было резать стекло, если захотеть; челюстью, которая была настолько резко очерченной, что любой скульптор, увидев ее - впал бы в экстаз; и ртом, который породил в голове ни одной женщины пару, а то и тройку похабных мыслишек. Так вот, этот мужчина сидел напротив меня за столом и улыбался. Мне. И он больше ни на кого не смотрел.

   Но самым важным было то, что часть никуда-не-смотрю-только-на-тебя, включала и несмотрение на официантку, которая из кожи вон лезла, чтобы обратить на себя внимание. Надувала губки и всякий раз, когда подходила к нашему столику, старалась перехватить его взгляд. Первая попытка: приняла заказ и спустя несколько минут принесла напитки. Мимо кассы. Следующая попытка, не увенчавшаяся успехом, была предпринята, когда она принесла заказ. Что тут скажешь, туго обтянутой униформой груди не хватило, чтобы он обратил на нее внимание. Как по мне, так она была из тех девушек, на которых я бы и сама не взглянула второй раз. А Аарон? Ну что Аарон, он то и дело украдкой бросал на меня взгляды и улыбался, пока мы ехали в машине, и не перестал это делать, когда мы уселись в кафе, которое он выбрал.

   Я бы слукавила, если бы попыталась отрицать, что и сама то и дело украдкой поглядывала влево, когда мы отъехали от аэропорта. Мы всю дорогу почти все время молчали. Если я не была занята разглядыванием Аарона, то сосредотачивалась на пейзажах за окном, напитываясь красотами, которые так разительно отличались от того, к чему я привыкла в Хьюстоне.

   Самое главное, что мы сидели лицом друг к другу, я осторожно улыбалась ему, а он улыбался мне той улыбкой, которая, казалось, имела секреты, зашитые где-то под его практически безупречной кожей. Если у него и были поры и пигментные пятна, то я не обнаружила даже крошечного угорька, а я очень придирчиво искала.

   К счастью, Аарон оказался не таким тихоней, как я, и положил конец затянувшемуся молчанию.