Мы с Фёдором переглянулись.

— Лично я думаю, что вполне, — ответил я. — Хорошо. Тогда давайте думать дальше. Раз пендосы тут шарятся, значит, на каком-то уровне была утечка. Так?

— Тогда подобные поставки были бы приоритетной целью… — сказал Пётр. — Тут возможны два варианта: информация той стороне дошла с опозданием. Когда наносить ядерный удар уже было нечем. Или когда они поняли, что промахнулись.

— Значит, у них есть источник информации, — сказал я. — На самом верху.

— Или близко к самому верху, — кивнул Пётр. — Возможно, этим объясняется задержка с получением информации. Она не сразу дошла до источника.

— Любой из вариантов для нас плох как по мне… — вставил Фёдор.

— Согласен, — кивнул директор. — По нам могут ударить бомбой с какой-нибудь шальной уцелевшей подлодки… причём в любой момент!

— Это если они точно определили положение поезда, — заметил я.

— Но диверсанты…

— Могли не успеть передать информацию, — сказал я. — Помнишь, телефон не всегда ловил? Кстати, мы тогда подумали, что, возможно, глушилки работали.

— Получается, у них был приказ на уничтожение такого ценного оборудования? — с удивлением спросил Саныч.

— А вот это не факт, — возразил я. — Они могли просто заминировать его. Чтобы потом использовать этот факт на переговорах. Или оставить взрыв как план «Б» на случай, если вдруг его не удастся вывезти…

— Значит, думаешь, что его действительно собирались вывозить? — спросил директор. — Но… как?

— Думаю, что, если бы дело было только в уничтожении, никто не стал бы городить этот огород с целыми отрядами спецназа, — ответил я. — Вполне может быть, что они сами остались без аналогичных мощностей.

— Судя по новостям, им по идее должно быть не до новых технологий… — заметил Фёдор.

— А вот и нет, — возразил Пётр. — Захват такого оборудования может стать мощным аргументом в борьбе со внутренней оппозицией на остатках страны.

— Тоже верно, — кивнул я.

— Как бы то ни было, у нас тут может быть очень жарко… — заметила молчавшая до этого Алиса.

Пётр внимательно посмотрел на неё.

— Это верно, — сказал он. — Я бы даже сказал, это самая большая из наших проблем на настоящий момент.

— Нужен контакт с властями, — сказал я. — Это единственный выход.

— Согласен, — кивнул Пётр. — При всех рисках лучшее, что мы можем сделать — это избавиться от этого груза как можно скорее. Вопрос только в том, где и как его найти? Причём желательно не привлекая к себе внимание шпионов, диверсантов и вражеской авиации.

— И уголовников, — добавил Фёдор.

— Да, — кивнул директор. — И уголовников…

— Нужно две группы, — предложил я. — Одна вернётся на место боя. Кстати, можно грузовик захватить, чтобы погибших ребят вывезти, если уж на то пошло.