|
Я поднес чашку к лицу. Принюхался. Ну точно, кровь. Или наваждение.
Что бы это ни было, в чашке его оказалось совсем немного — я осушил ее одним глотком. Отбросил в сторону и шагнул вперед, срывая с пояса кинжал.
— Эй! — крикнул я. — Вы хотели жертв?! Сейчас их тут будет предостаточно!
Пляска огней. Пляска звезд. Астрологу ли не справиться со звездами-недоделками?…
Записки Аристократа
Только земли подо мной не было. Вместо этого я спиной упал в воду.
«Лужа!» — решил я, но через мгновение понял, что вода подо мной вовсе и не думает кончаться, способствуя встречи моего тела с твердой почвой. Напротив, она продолжалась и продолжалась. В считанные мгновения вода захлестнула меня с головой. Эй, да я просто тонул! Мы так не договаривались!
Не забудьте, что в правой руке у меня был зажат меч. До сих пор не знаю, как мне удалось всплыть, да еще так, чтобы мою любимую Косу нигде не бросить и не оставить. Но я вынырнул, отфыркиваясь и отплевываясь. Рукой с зажатой в ней Косой я пытался смахнуть с лица мокрые, прилипшие волосы. Вот… додумался! Как только без уха не остался?…
Вода была противной, холодной, пахла гнилью и рыбой. И еще какой-то гадостью, которую я распознать не мог. А чего еще вы ждете от такой воды, как эта?… Морок. Ставлю десять серебряных, морок. Потому что откуда еще…
Я попытался оглядеться, причем первыми мыслями, как водится, было: «В воде драться неудобнее всего! Не размахнешься, и…» Я уже прикидывал, как будет удобнее рубить нападавших.
Увы, рубить оказалось некого. Водная гладь расстилалась от горизонта до горизонта. Над водой светила луна, превращая ее в гладкое слюдяное зеркало.
Плавать с мечом да еще и в одежде — очень неудобно, но чему меня только не учили… Вкладывать меч в ножны, будучи в воде, еще сложнее, практически невозможно, поэтому я просто сунул рукоять в зубы. Не сказал бы, что так легче — моя крошка не абордажная сабля, чтобы ее в зубах таскать. Центр тяжести не тот, и вообще, тяжелая слишком, хотя и не двуручник. Впрочем, говорят, что челюсти сами по себе очень сильные.
Кое-где гладкую зеркальную гладь прорывали непонятные лохматые метелки. Когда глаза немного привыкли к серебру и блеску, я разобрал, что это просто кроны деревьев, показавшиеся над водой. Правда, кроны почему-то голые, без листьев. Однако! Это какая же глубина…
Я глянул вниз… и едва не проглотил собственный меч!
Вода подо мной оказалась очень, очень прозрачной… это только поверхность ее сверкала зеркалом фей, лунной амальгамой… Зато глубина была прозрачна насквозь: корявое переплетение деревьев, хаос ветвей, будто над лишенным листвы лесом парю… а в самом низу костры горят. Яркие такие искры.
Костры. Под водой. И темные силуэты вокруг пляшут.
Невпопад мне вспомнился танец Вии, тот самый, который она исполняла, чтобы не то исцелить, не то до самоубийства довести сумасшедшую Хельгу. Эти тоже что-то такое делали… наверное. Я не мог толком разглядеть — высота большая была, почти птичий полет. У меня от одного взгляда на хоровод теней руки-ноги ослабели.
Я сжал зубы поплотнее, чтобы не дай бог не выпустить Косу, и, отчаянно барахтаясь, поплыл к ближайшему дереву. Тоже мне, потомственный аристократ… плаваешь, как… да, вот как это самое и плаваешь. Хорошо еще, что не тонешь.
На дереве мне почудился какой-то темный комок. Сперва подумалось, что это особенно густой, нечесаный клобук веток, а может быть, вороньи гнезда. Потом понял: ничего подобного. Вия. Она сидела на одной из веток, крепко обняв ее и дрожа всем телом. Я вскарабкался на ветку рядом с шаманкой, и, двигаясь не слишком-то ловко — руки и ноги окоченели — сунул Косу в ножны, да еще не с первого раза попал. |