Толек (мой муж) говорит, что в Америке такие, как ты, рождаются только в одном из двадцати тысяч случаев. Таких людей называют Альбиносами.

К сожалению, во многих странах их преследуют (видимо, там живут дурачки, подобные тем, что ходят с тобой в школу), однако не менее часто считают людьми, наделенными тайными силами, полубогами! Рыбаки вплетают в сети волосы Альбиносов, чтобы больше выловить. Знахари используют их слюну в качестве лекарства. Во многих странах господствует убеждение, что прикосновение Альбиноса обладает чудесными свойствами.

Толек просил передать тебе, что нужно быть аккуратнее с глазами: у Альбиносов это больное место, и уже с юных лет у них бывают серьезные проблемы со зрением (что тоже связано с так называемым пигментом).

Уверена, тебе предначертаны великие дела. Передай сердечные приветы своему брату Казимежу. В следующем письме я напишу отдельно ему и пришлю сувенир.

А пока высылаю вам обоим пятидолларовую купюру. Купите себе конфет или других сладостей. В жизни надо обязательно есть сладости и лакомства! (Хотя иногда это якобы вредно для зубов, как повторяет Толек, но не знаю, доверять ли ему в этом вопросе.)

Обнимаю!

Тетя Сальча

P.S. Толек просит передать, что Альбиносом, по легенде, был Ной из Библии. Ты наверняка слышал о нем: именно его Бог решил спасти в ковчеге, когда наслал на землю потоп. Так что ты в превосходной компании!

* * *

Он был Альбиносом.

Правда, мама проверила где-то, что вроде альбиносом – с маленькой буквы. Но приятнее было думать о себе как об Альбиносе с большой.

Альбинос. Точно какой-нибудь воин из книги. Точно богатырь или огромная говорящая птица. Как вариант, кто-то обычный, только из очень, очень далекой страны.

Но больше всего воин из книги.

«Толек просил передать тебе, что нужно быть аккуратнее с глазами: у Альбиносов это больное место, и уже с юных лет у них бывают серьезные проблемы со зрением».

Ему казалось, после этих слов он стал видеть размытые фигуры несколько реже. Будто они поняли, что он разглядел их насквозь.

Через месяц после получения письма он осмелился пойти к Лоскуту. Уселся в канаве и, хрустя твердой сладкой морковкой, говорил обо всем, что с ним в последнее время происходило. В завершение пересказал содержание письма от тети Сальчи.

С тех пор он приходил туда хотя бы раз в неделю и рассказывал. О старом велосипеде одной немки, который сам починил и на котором теперь катался по окрестным деревенькам и даже по Радзеюву. О новых девушках Казя. Об очередных унижениях в школе. О банках помидоров, о костюмах, о разноцветных рубашках и об игрушках, которые папа время от времени приносил домой. И о том, что убивать – пожалуй, все-таки не самая чудесная вещь на свете.

* * *

Он сидел на ступеньках, когда пошатывающаяся фигура отца вынырнула из темноты, откуда-то слева. Папа закряхтел, бросая на землю какой-то сверток.

– Шапки, зимние, носи на здоровье, – услышал Виктор.

Отец плюхнулся рядом. От него воняло по́том и сивухой. Приобнял сына и сразу же отдернул руку.

Сидели в тишине. Низко над курятником месяц выпячивал бледный живот. Где-то вдалеке лаяла собака.

Виктор хотел что-то сказать, но не совсем понимал, что именно. Он кусал губу и барабанил пальцем по коленке.

– Пойду спать, – произнес он, не выдержав, после чего встал и направился к двери.

– Виктор!

– Да?

– Подойди ко мне.

Он вернулся, сел.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – отец глядел куда-то вдаль.

– А что?

– Это я спрашиваю что.