И, взглянув на Мэтта и Тобиаса, вдруг покачнулась. Мальчикам показалось, что девушка улыбнулась им.

Потом ее тело упало со стены и с ужасным звуком ударилось о лед.

Белая корка затрещала, Мия провалилась в полынью и исчезла в черной воде.

Мэтт бросился к ней и вдруг понял, что уже ничем не сможет ей помочь.

Тогда он рванулся к Плюм, которая пыталась клыками вытащить стрелу.

– Не надо! Сделаешь только хуже! Давай я!

Льдина, на которой они стояли, затрещала и стала разламываться на куски.

– Бежим! – крикнул Бен.

Мэтт торопливо осмотрел собаку. Он не мог отправить ее обратно в крепость, и кровь из раны текла достаточно сильно, что его очень беспокоило. Он обломил стрелу у основания железного наконечника.

Плюм сумела встать и бросилась на противоположный берег. Лед повсюду трещал – Мэтт едва успел вслед за остальными, он прыгнул в заросли тростника, и в этот момент льдина, по которой он только что бежал, треснула.

Пэны выбрались на опушку леса и взглянули на крепость.

Мэтта охватила печаль.

Мия только что отдала за них свою жизнь.

И тысячи других пэнов готовы были сделать то же самое, лишь бы не пустить циников в крепость.

Но армия взрослых была бесчисленной.

И в этот момент появились драконы.

57. Драконы

Они обрушились с неба.

Прорвались сквозь низкие облака и дождь.

Пятнадцать величественных силуэтов, которые Мэтт принял за драконов.

Прежде чем узнал самый большой из них.

«Матрица».

Пятнадцать кораблей, державшихся в воздухе при помощи воздушных шаров, с парусами и воздушными змеями, трепетавшими и реявшими на ветру.

С неба на циников обрушилась лавина стрел. Потом замелькали белые вспышки.

Клорофилловые пэны пришли на помощь своим собратьям.

За кораблями следовали небольшие лодки – множество лодок, в которых сидели подростки в масках.

Мэтт не знал, хватит ли их, чтобы изменить соотношение сил, но одно понимал наверняка: он должен воспользоваться замешательством противника, чтобы добраться до Мальронс.

Где-то поблизости бушевала гроза – это приближался Ропероден.

Плюм ткнула хозяина носом. Она была готова служить ему, даже несмотря на рану.

Мэтт вскочил на спину собаки, и они помчались.

На носу «Матрицы» стояла Эмбер.

Она смотрела вниз, изучая похожее на огромный муравейник вражеское войско.

Стоя на капитанском мостике, Орландия, Фаэллис и Клемантис отдавали приказы.

Фаэллис поднесла к губам небольшой свисток, и по ее сигналу два клорофилловых пэна нажали на рычаг.

В корпусе корабля открылся люк, из него выпал десятиметровый осьминог изумрудного цвета и рухнул прямо в гущу циников.

Фаэллис снова свистнула, и осьминог как будто ожил – он раскинул щупальца и принялся сшибать ими солдат.

– Наш Зеленый Реквием на некоторое время займет их! – торжественно произнесла капитан.

Эмбер ощущала, как в ней бьется и циркулирует сама жизнь. Того ощущения, которое появилось, когда энергия в нее вливалась, больше не было, теперь она как будто спокойно перетекала под кожей. Шар света, который клорофилловые пэны называли Древом жизни, теперь был внутри ее. Он соединился с телом Эмбер.

Это изменило все.

Клорофилловые пэны стали относиться к ней как к избранной.

Ее война стала их войной.

Клювы видели, как там, на поляне, изменилась Эмбер, так что теперь они восхищались ею и тоже не смогли остаться в стороне. Заодно им хотелось доказать клорофилловым пэнам, что они тоже не хуже.

Эмбер удалось помирить два племени, и она привела их воинов к Волчьему проходу.

Текущая по равнине бесконечная река скарармеев заставила ее содрогнуться.