Когда фьорентиец и его подручные оказались за пределами номера, Зорро обессиленно привалился спиной к двери и рукавом вытер со лба обильный пот.

– Ну и ну! – присвистнул он, переводя дыхание, и окинул Родса далеким от восхищения взглядом.

– Мне велели разыгрывать плейбоя, вот я и разыгрываю! – огрызнулся тот, избегая, однако, встречаться глазами с коллегой.

Доктор Хорстен и его «дочь» усиленно гримасничали. Потом Элен страшно оскалилась и приложила пальчик к губам. Джерри непонимающе заморгал.

Элен швырнула коробку в кресло, перевернула Гертруду кверху задом, задрала ей юбчонку на голову, коснулась неприметной выпуклости на пластиковой спине куклы и передала ее своему великану напарнику. Хорстен, ни слова не говоря, поднял игрушку над головой и обошел всю комнату по периметру, особо задерживаясь у осветительных приборов, лепных украшений, мебели и прочих предметов обихода. Затем он проследовал в соседние комнаты, где проделал ту же процедуру. Остальные гурьбой сопровождали ученого. К этому моменту цель обследования стала понятна даже тугодуму Джерри.

Наконец доктор Хорстен остановился и в недоумении покачал головой.

– Ни единого намека на подслушивающие устройства, – пророкотал он вполголоса.

Элен отключила вмонтированный в куклу датчик и нахмурилась. Внезапно лицо ее прояснилось.

– Я знаю, в чем дело, – объявила она, щелкнув пальцами.

Все в ожидании уставились на нее.

– Все очень просто, – начала Элен. – Эти апартаменты предназначались для Первого Синьора и его свиты, правильно? А кто же осмелится подслушивать главу государства? Вполне возможно, что во всем отеле это единственное свободное от «жучков» место. Нам здорово повезло, коллеги. – Тут она спохватилась и поспешно добавила: – Беру назад последнюю фразу!

– Это еще почему? – обиделся Родс – У нас самая роскошная «крыша» в городе, и мы здесь все вместе, что в значительной мере облегчает нашу задачу и избавляет от нескромных вопросов. Проклятье, где же бар? В такой плюшевой обстановке без бара никак не обойтись. Кто‑нибудь в курсе, какого рода выпивку предпочитают фьорентийцы?

– Кажется, я видел что‑то похожее в гостиной, – вспомнил Зорро и первым направился туда.

Никто не возражал против того, чтобы расслабиться, сидя в уютном кресле или на мягком диване. Джерри как хозяин дома добровольно взял на себя обязанности бармена, обнося коллег напитками по их выбору. Как и следовало ожидать, бар, хотя и небольшой, был заполнен исключительно высококачественными образчиками алкогольной продукции – сплошь импортной и произведенной порой в самых экзотических мирах Содружества.

– Вот это, я понимаю, жизнь! – провозгласил Джерри, салютуя коллегам высоко поднятым бокалом.

Дорн Хорстен озабоченно поглядывал на Элен. Та уютно устроилась в гигантском кресле – таком большом, что ее пухлые ножки в белых носочках не дотягивались и до края сиденья. В руках она держала огромный пузатый фужер для шампанского, из которого с нескрываемым удовольствием потягивала что‑то зеленовато‑желтое и тягучее.

– Нет, никогда я, наверное, к этому не привыкну! – пробормотал ученый, уныло качая головой.

Осушив примерно половину фужера, Элен устремила на Родса немигающий, по‑рыбьи холодный взгляд.

– А теперь объясни нам, придурок, – рявкнула она, – как тебя угораздило обронить бляху агента «секции лжи» прямо на глазах у тех проклятых таможенников?! Ты нас всех что, под расстрел подвести хочешь?

Джерри ее вспышка застала врасплох.