– Какой, вы говорите, длины ваш кнут, голубчик? – не отвечая на вопрос, осведомился Хорстен.

– Двадцать футов с небольшим. А в чем дело?

Специалист по одноклеточным еще раз выглянул в окно и только тогда снизошел до объяснений:

– Дело в том, друг мой, что кому‑то из нас необходимо проникнуть в здание посольства и ознакомиться с досье покойного резидента. Не имел чести знать гражданина Бульшана лично, но слышать о нем приходилось. Он был очень хорошим оперативником и не любил сидеть сложа руки. После него обязательно должны были остаться хоть какие‑то материалы.

– По‑моему, я что‑то упустил, – подал голос Джерри. – Кто‑нибудь может мне растолковать, о чем речь?

Элен, в отличие от него, в пояснениях не нуждалась.

– Возможно, энгелисты следят сейчас за нами и за этим номером, – сказала она. – Не исключено также, что они догадываются о наших связях с «секцией джи». Раз они сумели внедриться в посольство ООП, я не удивлюсь, если их агент или агенты отыщутся в самом Октагоне! – Она метнула быстрый, озабоченный взгляд на Хорстена: – Отсюда логически вытекает вопрос: ограничиваются ли происки энгелистов одной Фьоренцой, или их перспективные планы гораздо шире? Впрочем, к этому мы можем вернуться позже.

– Вы меня совсем запутали, коллеги, – пожаловался Джерри. – Нельзя ли изложить суть человеческим языком?

– Хотя бы один из нас, – стала объяснять Элен, – должен как можно скорее проникнуть в посольство и забрать досье Бульшана. Загвоздка в том, что сделать это необходимо так, чтобы об этом не пронюхали ни энгелисты, которые, весьма вероятно, уже держат нас под колпаком, ни майор Верона из Министерства антиподрывной деятельности.

– Майора‑то нам чего опасаться? – удивился Зорро.

– Это же элементарно! – усмехнулся Хорстен. – Синьору Вероне и его коллегам за каждым деревом мерещатся энгелисты. Стоит нашему другу майору заподозрить двойную игру – и нас вышвырнут отсюда так быстро, что и опомниться не успеем. И это еще в лучшем случае!

– Короче говоря, – вмешалась Элен, – все сводится к тому, чтобы незамеченными покинуть отель, незамеченными проникнуть в посольство, украсть досье и – опять же незамеченными – вернуться обратно в номер.

– Прямо сказка, а не план! – простонал Джерри. – Мы ведь даже не знаем адреса посольства, не говоря уже о том, что в гостинице только один выход и пройти незамеченным мимо лифтера, портье, швейцара и взвода коридорных может надеяться только бесплотный дух, да и то сомневаюсь. Этот чертов отель наверняка строили с таким расчетом, чтобы каждый постоялец был в нем так же незаметен, как морж в бассейне с золотыми рыбками!

Дорн Хорстен между тем вернулся к окну с решетками. Неторопливо засучив рукава, он взялся за центральные прутья и напряг свои чудовищные мышцы. Прутья заскрипели, подались и выгнулись дугой, образовав щель, достаточную для того, чтобы в нее можно было пролезть…

– О нет, только не я! – испуганно замахал руками Джерри. – Мне, конечно, везет, но не до такой же степени!

– А зачем это вы интересовались, какой длины мой кнут, доктор? – с подозрением спросил Зорро.

Элен фыркнула, спрыгнула с кресла, присела на корточки рядом со своей коробкой и принялась рыться в игрушках.

– Черт! Куда же я задевала кастет? – пробормотала она сквозь зубы.

– Спускайтесь вниз, мой юный друг, – обратился Хорстен к Джерри Родсу, – и спросите у портье карту города. С туристами на Фьоренце не густо, но какая‑то схема с отмеченными достопримечательностями наверняка имеется.