– Абсолютно точно. Второй Синьор возглавляет Министерство государственной безопасности; Третий – антиподрывной деятельности; Четвертый – контрразведки; Пятый Синьор руководит АРАД – Агентством по расследованию антиправительственной деятельности; Шестой контролирует Центральное управление разведки; Седьмой – директор Фьорентийского Бюро расследований; Восьмой – комиссар Национальной полиции; Девятый Синьор управляет Военным департаментом и, наконец, Десятый имеет полномочия министра иностранных дел, юстиции, финансов, сельского хозяйства, торговли, здравоохранения и образования.

Воспользовавшись возникшей паузой, пока остальные переваривали полученную информацию, правитель потянулся за рюмкой.

– Тони! – громко позвала Элен, капризно выпятив розовые губки.

– Что?! – чуть не поперхнулся его высокопревосходительство, явно не привыкший к столь фамильярному обращению.

– Почему у тебя такое длинное имя?

– Скажите, этот ваш Десятый Синьор, – поспешно вмешался Джерри, – он в кабинете, получается, вроде как мальчик на побегушках, нет?

Д'Арреццо энергично кивнул в знак того, что понял вопрос:

– В какой‑то степени, возможно, вы правы, синьор Родс, но Микеле, поверьте, столь же необходим для нормального функционирования правительственного аппарата, как и любой из его старших по положению коллег. Пользуясь случаем, хочу также заверить вас, что на Фьоренце все спокойно, и вашим инвестициям, а также инвестициям других каталинских предпринимателей решительно ничего не угрожает. Кстати говоря, могу я узнать, в какой форме вы держите те излишки свободного капитала, которые планируете вложить в наиболее перспективные отрасли нашей экономики?

Задав свой вопрос, Первый Синьор встал, прошелся по комнате, как бы случайно остановился у бара и запер на ключ свою драгоценную бутылку.

– В какой форме? – повторил застигнутый врасплох Джерри. – В самой ликвидной, разумеется.

Ответ, очевидно, пришелся не совсем по вкусу его высокопревосходительству. Он вопросительно посмотрел на Родса.

– Вообще‑то этим больше занималась моя матушка, – вывернулся тот. – Она всегда мне говорила, что капитал нужно держать под рукой – на тот случай, если вдруг подвернется благоприятная возможность.

– О, на Фьоренце для ваших денег масса самых благоприятных возможностей, уверяю вас. И все‑таки, в какой форме вы их держите? Ясно, конечно, что не во фьорентийских лирах, – усмехнулся д'Арреццо, – хотя это единственная валюта, имеющая хождение на нашей планете.

Джерри давно исчерпал скудный запас своих познаний в финансовой области. Пауза затягивалась, но на помощь ему, как всегда, пришло знаменитое «везение Родса». Дверь в гостиную неожиданно распахнулась, и на пороге появился, бряцая медалями, начальник охраны его высокопревосходительства. За его спиной толпилось еще несколько человек, чем‑то чрезвычайно возбужденных.

– Что это значит? – грозно спросил правитель, направляясь к дверям. – Я же приказал, чтобы меня не беспокоили!

Элен, облегченно вздохнув, моментально завладела оставленной на столике рюмкой и незаметно отпила глоток бесценного напитка. Не обращая внимания на неодобрительный взгляд Хорстена, она поставила рюмку на место и с презрением посмотрела на Джерри.

– Женева, придурок! – прошептала она. – Скажешь ему, что деньги в женевских банках, понял?

Заполнившие прихожую телохранители вытолкнули вперед какого‑то человека. Их шеф поклонился и извиняющимся тоном сказал:

– Прошу прощения за беспокойство, ваше высокопревосходительство, но мы только что задержали этого синьора при попытке проникнуть в ваши апартаменты.