При желании из любого уровня можно было как шагнуть выше, так и упасть на дно. Социальные лифты пусть и со скрипом, но всё же работали.

Свой род мог основать любой вольник, дело было лишь за волей, желанием и упорством.

И Громов, что показалось мне самым интересным, ничего не собирался менять.

— Пойми, Михаил, — рассуждал Алекисис, найдя в моем лице благодарные уши, — нам не нужны слабаки и лентяи. Каждый может пробиться, каждый! Что родовичи, что дворяне, мы внимательно наблюдаем за талантливыми или усердными людьми. Нам нужны дерзкие, без-страшные, волевые!

Насчет Воли у Громова имелся отдельный пунктик.

На каждом уровне его Пирамиды Влияния было три подуровня — Воин, Инженер, Маг.

Воинов Алексис относил к самому широкому и самому лёгкому подуровню, мол, Воины — отличные исполнители, но и только.

Путь Чести, которому они следуют, выставляет жесткие границы, регламентируя каждый шаг.

Что касается Воинов-управленцев, таких, как Оут, Макс и градоправитель Клодца Хайдар, то они, по мнению Громова были исключением.

— Да, Воин может стать князем, — соглашался со мной Алексис, нависая над шахматной доской, — но у него в советниках рано или поздно окажется Инженер или Маг! Поскольку Воины зачастую идут прямо. А Инженеры и Маги смотрят вверх!

Инженеров Алексис считал неизбежным злом прогресса и, неожиданно, в отличие от своих коллег, поддерживал.

Он считал, что неугомонные Инженеры, ведомые неугасимым Любопытством, создают новые решения для старых проблем и мотивируют Магов не отставать в развитии.

А ещё Инженеры, в понимании Громова, были идеальным вариантом для создания рабочих мест.

Ну а сплав высоких технологий и магии виделся Алексису естественным ходом развития человечества.

— Ты думаешь, твой УГ — это придумка Воинов? Да как бы не так! Изначально УГи были созданы Инженерами, у которых Воины все отбирали. Ну а потом мы, Маги, приложили руку к их усовершенствованию. Было непросто, но мы смогли добиться баланса!

Под балансом Громов имел в виду развитие одаренных. Если условно разделить становление одаренного на три этапа, то Воины однозначно доминировали в первых двух.

А вот в третьем, финальном, максимально раскрывались уже Инженеры и Маги.

Конечно, зачастую все решала индивидуальная сборка и выбранные умения, но как класс, Инженеры и Маги были однозначно сильнее.

— Воинов спасают только ауры, — утверждал Громов. — И если ты видишь перед собой девятиранга без аур, он глуп, как пробка. Да, он победит в любом поединке, но ему никогда не стать правителем. Любой Маг-девятиранг просто-напросто уничтожит его армию.

А ещё Громов считал, что в их мире существует искусственное ограничение в развитии.

— Ведь что такое десять рангов? — Алексис с явным удовольствием возвращался к этому вопросу снова и снова. — Да это ерунда! Я тебе как Маг говорю. Да, имея идеальную стратегию развития, я смогу к десятому рангу стереть с лица земли наш континент. Но… этого мало.

В понимании Громова, Маги были первой ступенькой к Богам.

— Наделы складываются в княжества. Княжества складываются в государства, государства складываются в империи, из империй получается мир, так? — философствовал Громов. — А дальше? Почему мы ограничиваемся одним миром? Ведь можно создать Содружество миров или Звездную империю!

В Громове чудесным образом переплетались эгоизм, тщеславие, любопытство и… юношеский максимализм.

Он не видел границ, считал возможным достичь абсолютно всего и был Мечтателем с большой буквы.

— Знаете, Алексис, — на этот раз я подошел к защите короля более ответственно, — почему Маги до сих пор не захватили весь мир?

— И почему же? — Громов недовольно гипнотизировал мои пешки, выстроившиеся непреодолимым бастионом.