-  Все ноги так собьешь.

    -  Ништо, - женщина вытерла пот со лба, приостановилась, - чай, на себя робим, не на дядю. Уж я поставлю, чтоб чисто тут было, чтоб знали люди: здесь тухлятиной не потчуют. Глядишь, и заезжать почаще станут.

    -  Чего гостям сказала про хозяина?

    -  Сказала: к родне подался, раньше зимы не будет. А потом разберемся.

    -  Угу. Как мужик? - спросил Олег, отхлебнув из кружки.

    -  Хорош. Кривой, да не горбатый, серьезный, да не злой, работящий, да не суетливый. Мой мужик! - закончила Павлина прибаутки, гордо подбоченясь.

    -  Да, серьезный мужчина. Такого под себя не подгребешь, не скомандуешь: подай то, принеси это.

    -  Мужик - голова, жена - шея, куда захочу, туда и поворочу! Дня не хватит - ночью уговорю. Все одно по-моему будет. Ночная кукушка всегда дневную перекукует. Ты хотел чего, или как? Мне лясы точить некогда.

    Середин даже головой покрутил, удивляясь произошедшей перемене.

    -  Хотел попросить в дорогу чего собрать - завтра дальше поедем. И так загостились.

    -  Все сделаю, благодетели. Ночь спать не буду, а вам угожу.

    -  Ну, спасибо.

    Поставив пустую кружку, Олег покинул кухню и, перешагивая через ноги притулившихся у двери калик, вышел на воздух. Ветер быстро гнал облака, на западе их пронизывало лучами солнце; куры бродили по двору, подбирая мелкие камешки и зерна. Ведун выглянул за ворота. На бревне, привалившись к забору, сидел Невзор.

    Он встретился глазами с Олегом и отвернулся. Руки его бесцельно перебирали наборный пояс, пальцы словно жили сами по себе, трогая нашитые бляшки, разглаживая узоры. Оборотень тяжело вздохнул.

    -  Малуша вышивала. Аккурат перед тем, как… - Невзор замолчал, сглотнул комок.

    -  Так сидеть - горю не поможешь, - пристроился рядом Олег. - Шел бы к людям, все веселее.

    -  Я и раньше не очень компанию любил, - нехотя сказал Невзор, - а теперь и вовсе без радости мне разговоры пустые. Дядька Часлав меня в детстве, бывало, волчонком называл. Чего, говорит, один да один, а мне хорошо, когда никто в душу не лезет. Ты не думай, это я не к тому, что иди, мол, отсюда. С тобой и поговорить занятно. Интересный ты парень. Видать, знаешь много, дерешься знатно. Вот, к примеру, расскажи-ка, что там за новый народ из степи. Чую, рано или поздно придется с ними схватиться.

    -  Придется. Так не уйдут. Сам знаешь: степняки в юртах живут, земли своей нет, с охоты да с войны кормятся. Так и половцы…

    В корчме кто-то заорал дурным голосом, завизжала Павлина. Олег с Невзором переглянулись и, не сговариваясь, кинулись к дому. Куры сыпанули в стороны, выбрасывая голенастые ноги, навстречу из двери, придерживая лохмотья, выкатились калики. Один тащил явно схваченную с чужого стола половину гуся. Невзор подзатыльниками расчистил дорогу, они ворвались в корчму, столкнувшись впопыхах плечами в дверях.

    Лысый купец сидел на полу, причитая и держась за голову. Второй, взгромоздившись на скамью, науськивал своих работников на Молчуна, прижавшегося к стойке с черпаком в руках. Олег подсек ноги вислобрюхого купца, тот взмахнул ладошками и обрушился на стол, в остатки гречневой каши и раздерганного в куски поросенка.