-  Невелика добыча. - Олег подкинул на ладони серебро. - Вот и подумаешь, стоит ли головой рисковать за такую мелочь.

    -  Кто с голодухи в воры подался, а кому интересно кровь пустить, покуражиться. Мы таких, бывало, без разговоров - на кол.

    -  Без суда?

    -  А чего судить, коли у него на руках товар, от крови еще не отмытый? - удивился Невзор.

    -  Садисты вы все-таки, - пробормотал Олег. - Ладно бы просто повесить. И гуманнее, и мороки меньше. Надо сказать Молчуну, чтобы закопал его вместе с хозяином.

    Появился Вторуша. Покачиваясь, прошествовал к отхожему месту. На вопрос Олега, когда он собирается дальше ехать, махнул рукой. Мол, сегодня отдыхаем, а уж завтра, с утра пораньше…

    -  Ну-ну. Смотри, осень скоро, а возвращаться уже по зиме придется. Днепр станет, за провоз вдвое платить придется.

    -  Обратно налегке, - возразил купец, - товар продам, гостинцев куплю своим да Тишкиным детям, - Вторуша вдруг всхлипнул, - сиротинками остались.

    Он смахнул слезу, задумался. Лицо его было красное от меда и вина, в бороде застряли остатки яичницы. Почесав в задумчивости грудь, купец поморщился - колья, которыми хозяин корчмы забивал гостей, не только порвали рубаху, но и ободрали кое-где кожу.

    -  А баба у брата справная осталась, гладкая. - Он пошлепал губами. - Может, в дом возьму. Как думаешь?

    Олег пожал плечами. Несмотря на то, что уже не первый месяц бродил по Руси, он все никак не мог привыкнуть к некоторым порядкам. Без кормильца, конечно, семья не проживет. Перемрут с голоду в первую же зиму. Впрочем, на Востоке и в двадцатом веке гарем - обычное дело.

    Прикидывая за и против прихода в дом второй жены, купец поплелся в дом. Олег заглянул к лошадям. Овса было вдоволь, вода свежая - Павлина всерьез взялась за хозяйство.

    Молчун вытащил во двор тела хозяина и второго слуги, прикрыл ворота от непрошеных глаз: объясняй потом, что извергов побили, а не добрых людей, - и стал запрягать в телегу хозяйскую лошадь. Мужик улыбался в клочковатую бороду, бубнил какой-то незатейливый мотивчик. На крыльцо вышла Павлина. Вид у нее был умиротворенный, глаза светились спокойствием и уверенностью.

    -  Помочь? - спросила она Молчуна.

    -  Не, отдохни пока. Поди, укатал я тебя.

    Павлина прыснула со смеху.

    -  Да разве бабу этим укатаешь. Забава одна. Ты далеко их не вози, - показала она на лежавшие возле крыльца тела, - вдруг купцы наедут, а я одна.

    -  В овраг скину. Пусть волки растащат, чтобы и костей не осталось.

    Невзор помог ему погрузить на телегу убитых, Молчун накрыл их грязной холстиной, отворил ворота и выехал со двора. Олег попросил Павлину постелить ему постель.

    -  Так все уж готово, - всплеснула она руками, - я ж понимаю, всю ночь не спали. Отдыхайте, гость дорогой.

    Вторуша храпел среди объедков, уткнувшись головой в стол. Олег поднялся наверх. Павлина замыла в комнате кровь, сменила дырявые простыни. На столе стоял кувшин с вином, чашка с рассолом, на полотенце лежал сыр, хлеб, яблоки. «Чем может, благодарит», - понял Олег. Он положил под бок саблю, отцепил от пояса кистень, скинул сапоги и растянулся на свежих простынях.