-  Что же он от печенега народ не оборонил?

    -  Может, силы не достало, а может, и не захотел, - задумчиво ответил Невзор, - чужая душа - потемки. Но коли встречу, - на скулах волкодлака заиграли желваки, - живым не уйдет. Велене об этом знать не надо, а тебе, как другу, скажу.

    Олег кивнул, соглашаясь. Ему нравился этот парень - спокойный, трезво мыслящий. Не чувствовалось в нем той спеси, которую приобретали большинство дружинников, возвысившись над прочими людьми, добывавшими хлеб в трудах, а не в лихих сшибках.

    Прогоравшие березовые поленья постреливали угольками, выкидывали синие язычки пламени. Костер освещал кустарник, выхватывал из темноты кроны дубов, бросал блики по воде.

    Олег почему-то вспомнил свой автобусный парк, кузницу.

    «Да, отпуск у меня что-то затянулся. На всю жизнь нагуляюсь. Хотя и в этом есть хорошие стороны: где в урбанистическом перенаселенном мире найдешь такую девственную природу, такие леса, реки? Только в тайге, куда еще не проложили дорог, где не разведали золото, уран или нефть. Ну, может, еще высоко в горах. Впрочем, и там не все в порядке: и осадки радиоактивные и химические выпадают на ледники, и дороги прокладывают, взрывают горы, стоящие не один миллион лет, тянут линии электропередач, строят обсерватории. Нет, хорошо, что я здесь оказался», - решил, засыпая, Середин.

    Глава 9

    Следующие два дня они ходко продвигались по почти прямому руслу реки. Время от времени приставали к берегу, и Невзор самодельной острогой бил рыбу. К исходу второго дня миновали приток Припяти - Птичь. Дальше река делала несколько поворотов, в одном месте попался перекат. Ладьи, идущие сверху, преодолевали быстрину по течению, а им пришлось тащить долбленку берегом, проламываясь сквозь кустарник - вдвоем было никак не выгрести против течения.

    Вечером, прикинув пройденный за день путь, Невзор сказал, что скоро слева должна быть речка, впадающая в Припять - Уборть.

    -  Вот мимо нее нам бы не проскочить. По ней меньше дня пути, и должна быть весь, куда Велена перебралась.

    -  Ты откуда так дорогу знаешь? - спросил Олег.

    -  А помнишь десятника, с которым к Киеву плыли, Копыто? Он этими местами с князем Владимиром на ятвягов ходил. Только они левее Припяти шли, на Берестье. Он мне по памяти рассказал, что и как. Сам-то в передовом дозоре шел, все вокруг облазил - берегся князь засады.

    -  Кто же тогда нас на Днепре подстерег? - задумчиво проговорил ведун. - Что там купец вез - так, мелочь. Ну, не мелочь, конечно: пряности хороших денег стоят, - но чтобы засылать людей в чужую страну перехватить ладью с пряностями? Что-то не очень верится.

    -  Может, насолил Савва кому в Корсуни? Дорогу перешел, торговлю подорвал.

    -  Тогда бы на месте разобрались, - не согласился Олег, - нет, что-то тут не то. Помнишь, как его встречали? Знали, что идет, а он - сразу на коня и в город. Не иначе, доложить.

    -  Пусть его, - равнодушно сказал Невзор, растягиваясь во весь рост, - у него свои дела, а коли все, как ты говоришь, и купец Савва летает высоко, аж с гриднями ладью встречали, то нам в это дело лучше не лезть.

    -  Он ведь на службу приглашал, - напомнил Середин, - и тебя, и меня.

    -  Я не пойду. Мне домой надо, Малуша ждет. Надо дом ставить, хозяйство поднимать. В дружину к Чаславу я вернусь, а в чужие края - это уж ты без меня, ежели соберешься.