Я слушал и не верил своим ушам. Владимир повел себя отвратительно, поджав хвост и продолжая врать всем и самому себе. Если бы не сила Германа, сколько бы Васильев водил меня за нос?

— Вам нужно все рассказать, — я рубанул воздух ладонью. — Иначе Селиванов не успокоится.

— Я не могу, — он опустил голову. — Я всех подвел.

— Скажи, а сила-то хоть пригодилась? — я так был зол, что даже перешел на «ты».

Вместо ответа Владимир глубоко вздохнул и стал снимать свой пиджак. Потом закатал рукав рубашки и показал мне предплечье. На нем красовался объемный рисунок — переплетенные между собой три линии. И говоря «объемный», я не имел в виду красоту татуировки. Даже не трогая, я видел, что края браслета выступали из-под кожи.

— Он стал частью меня.

— И супруга ничего не заметила? — я приподнял брови.

— Я старался не показывать его.

— И за все четыре года она не увидела его⁈

— За пять с половиной, если быть точным, — скривился Владимир.

Интересные у них отношения с женой, хотя она могла и знать, но тактично промолчала. Кто ж этих женщин поймет?

— Виктор, что ты будешь делать с этой информацией?

В его голосе я услышал нотки страха, но у меня не было причин его шантажировать, я всего лишь хотел, чтобы все это поскорее закончилось.

— Лучше давай подумаем, как нам спасти семью от Селиванова, — ответил я. — И, как минимум ты должен рассказать все брату. Это будет правильно. Он потратил много сил, чтобы изучить историю браслета.

— Наверное, ты прав.

— Тем более, он может подсказать что-нибудь о его свойствах. Или кого мы еще можем спросить?

— Я сначала думал потревожить Ирину Александровну, — начал Владимир, но я мотнул головой, мол, она уже ушла. — Кого-то другого из родственников? Кто еще знал о нем?

— Боюсь, таких не осталось. А что ты сам думаешь? Ты носишь его уже столько времени, как он работает?

— Сложно сказать. В нем заключена большая сила, и в то же время, он блокирует ее, делая невидимой для остальных. Но ты же ее смог разглядеть! Как?

— Специфика моих способностей. Я вижу магию в любом ее проявлении, — пожал я плечами. — Отпуская души на переход, они отдают мне ее часть.

— Вот значит как, — пробормотал Владимир, задумавшись о чем-то. — Поэтому у тебя и вода, и огонь, да?

— Да. Еще природная магия и вот, новая возможность чувствовать ложь.

— Не самая приятная способность, — поморщился он. — Но раз мы начали этот разговор, нужно пригласить Валерия.

Я кивнул и не двинулся с места, и Владимиру пришлось самому вставать и просить прислугу позвать брата. А мне было о чем подумать. Если поставить Селиванова перед фактом, что артефакт, который он ищет, уже имеет владельца, успокоит ли его это? Или он будет всеми силами пытаться вытащить могущество из Владимира?

Тогда нужно заявить об этом в обществе, чтобы все знали, у кого сейчас преимущество. Такое заявление вызовет резонанс, но хоть как-то защитит семью от жадных рук Сергея Сергеевича.

Вот только Владимир этому не обрадуется. Показное увеличение магии влечет за собой большую ответственность, и положение Васильевых изменится. Люди могут не принять тот факт, что он обманом получил силу.

Пока я размышлял, в кабинет зашел Валерий.

— Вы оба хотели меня видеть? Есть какие-то новости? — с порога спросил он.

— Закрой дверь, — устало отозвался его брат. — Да, есть новости и новые вопросы. Присядь и послушай меня.

И Владимир начал рассказывать всю историю с самого ее начала. В следующие полчаса в кабинете разразился страшный скандал со вспышками силы обоих братьев.