— Изменял?

— Не замечен и не рассказывал. То ли так тщательно скрывал, то ли действительно, оказался примерным мужем. Как же я его ненавижу!

— По вашим словам выходит, что дуэль была честной. Тогда почему вы его ненавидите?

— За его смех, — взгляд Алексея наполнился огнем. — За все слова, сказанные моей жене, за вызывающее поведение. Он считал, что все люди ему обязаны. И все только из-за того, что он богат.

— Но вы с ним дружили.

— Мы вместе с самого детства. Родители жили рядом, мы росли вместе, проказничали тоже. Пока ему на голову не свалились деньги. И они вытащили из него все зло, о котором я даже не догадывался. Нет, он не мучил кошек и щенят, а ощетинился, познал вкус власти.

Алексей покачал головой, снова посмотрел на дырку в пиджаке и зачем-то просунул в нее палец.

— Теперь я здесь, — он вздохнул.

— Чего бы вы хотели?

— Я? Не знаю. Мне бы разобраться в себе. Ох, моя Наденька! Она ведь будет горевать. Как же глупо все получилось!

— Почему вы не выстрелили в воздух?

— Разозлился. Никто не имеет права оскорблять мою жену! — даже сейчас он пылал гневом.

— Я не буду спрашивать, что именно сказал этот Дмитрий… Как, говорите, его зовут?

— Дмитрий Попов, — сквозь зубы процедил он.

Мои брови взлетели. Вот так неожиданная удача!

— Что? Вы его знаете? — вскинулся Алексей, заметив мою реакцию. — Но вы же сказали, что мы из разных мест!

— Не знаком лично, но у меня спрашивали о нем. Значит, он жив, — я понял, что это была уловка, чтобы меня проверить. — Вы пока оставайтесь здесь, а я нанесу визит его супруге.

— А вы такое можете? Если вдруг получится, то передайте Наденьке, что я очень ее люблю!

— Это все, что вы хотите? — переспросил я.

— Да, — уверенно сказал он.

— Хорошо, я и к ней загляну.

Я оставил Алексея возле деревьев, а сам пошел дальше, думая о неизвестных мне Поповых и их жизни.

* * *

— Лизонька! Как я рада тебя видеть! — Сонечка сияла, как начищенная монета. — Расскажи, что узнала!

Она с подругой сидели в небольшом ресторане, недалеко от центра города, скрытые от взглядов посторонних широкими листьями декоративного растения.

— Софья, ты мне не поверишь! — защебетала ее подруга. — Столица просто на ушах стоит. Многие уже написали этому Виктору, но он никому не ответил! Ни единой строчки!

— Куда же он делся? — приоткрыла ротик Софья.

— Никто не знает! Я уже даже до слуг добралась, но они тоже разводят руками. Был да сплыл, — Лизонька сдула челку со щеки. — Уже пять месяцев прошло.

— Вот значит как. Заявил о себе и тут же сбежал! Да я его уничтожу!

— Но зачем? Разве он не помог тебе? И девочкам?

— Да при чем тут это? Я запустила целую кампанию в поддержку Васильева! Прошмыгнула мимо Селиванова! А он! Он! У меня просто слов нет, — Сонечка сжала кулачки. — И кстати, он не ответил даже Ире!

— А она тоже писала?

— Ой, я не сказала? Я попросила ее тоже отправить письмо.

— А кто у нее умер?

— Цыц, никто не умер, это была уловка для проверки, — Сонечка поджала губы.

— Я слышала, что некоторые все же получили ответы на свои вопросы, — вдруг тихо сказала Лизонька.

— О чем ты говоришь?

— Знакомая знакомых упомянула, что недавно получила сообщение от покойной матушки.

— Она так и сказала?

— Не совсем, — Лизонька начала наматывать светлую прядь на палец.