Осторожно подкравшись к двери со сломанным замком, он рывком открыл ее, заранее отведя руку с ножом для возможного удара. Осторожность оказалась излишней. Заглянув в бокс, Эрни сначала ничего не мог разглядеть в темноте. Затем щелкнул выключателем и витиевато выругался.

– Теперь эти дураки повесят это на меня! – с досадой заключил он.

* * *

– Уверен, что это – дело рук Борова! – Чикидара зло ударил кулаком в ладонь. – Его почерк – тут и думать нечего!..

Почти в полном составе экипаж злосчастной «Леди» держал боевой совет в относительно просторном зале на втором уровне Подземелья УРа. Лишь белокурая Генриетта не украшала своим присутствием собравшееся вокруг тяжелого металлического стола общество. Для этого у нее, наконец‑то, имелась весьма серьезная причина.

– Еще раз опишите, – попросил Кай дока Сандерса, – в каком состоянии вы обнаружили э‑э… покойную мисс Ульцер?

– В самом ужасном – ей на голову был натянут пластиковый пакет. Упаковка – не помню из‑под чего… – начальник спасателей передернул плечами. – Лицо – черное, как… Ни пульса, никаких рефлексов, естественно… Полное окоченение… Она была мертва уже несколько часов… При этом дверь – заперта изнутри…

– Ну – с замками Боров фокусничать горазд!.. – заверил аудиторию Чики. – Не сомневайтесь…

– Что‑то уж очень ты в этом уверен… – проворчал Русти.

– Тут у меня алиби – лучше некуда! – взметнулся Чикидара. – Сам с меня глаз не спускал… Разве что отлучился мадам придушить…

– Ты думай, что говоришь!.. – подскочил на сиденье уязвленный боцман.

– Как я понимаю, – Колдун не без удовольствия откинулся в кресле, – фактически никто, кроме нашего капитана, не имеет твердого алиби… Если, конечно, считать, что любой из нас может запросто проходить через запертые гермодвери…

– Если не все, то некоторые… – мрачно заметила миссис Шарбогард. – Я имею в виду разных фокусников… И еще – лиц, имеющих запасные ключи от помещений судна.

– Господа, – Федеральный Следователь резко откашлялся, – наш разговор непродуктивен. Разрешите мне действовать так, как это принято в подобных случаях у гм… специалистов…

Даже в этой ситуации у Кая слишком сильно было сдерживающее начало, не устававшее напоминать ему, что профессионалом своего дела является разве что Всемогущий, а все прочие – какую бы категорию им ни присвоила Квалификационная Комиссия – больше чем на «любителей со стажем» не тянут.

Тем не менее его реплика произвела надлежащее действие, и в помещении воцарилось всеобщее напряженное внимание, острием своим устремленное к его – Федерального Следователя – устам, из которых должна была незамедлительно исторгнуться истина в своей конечной инстанции.

Истину в конечной инстанции Кай провозглашать не стал. Это было вообще не в его правилах – покушаться на прерогативы Господа Бога. Он просто попросил на четверть часа – не более – оставить его наедине с профессором Сандерсом.

* * *

Убедившись, что они остались одни, Кай молча двинул по столу к своему собеседнику неопрятную пачку сколотых листков распечатки, самим этим собеседником и принесенную, собственно говоря, из его довольно поспешного странствия.

– Мне не очень хочется ставить под сомнение репутацию э‑э… покойной… – начал Федеральный Следователь после короткой паузы. – Тем более над, так сказать, открытой могилой… Но нам не дано времени на…

– На глупые сантименты.