Так, за разными делами и длительными заходами в «Путешествие», прошло несколько дней. Приближался особый, долгожданный и грозный: день прочтения антипроклятия в Зальме. Наконец он настал…

Ничего не произошло. Гвардейцы остались в казармах. Их маунты — в конюшнях. Варми — в гостевых покоях, которые занимал.

Зальмовцы на радостях перепились так, что к ночи ни одного на ногах не осталось. Кроме их командира, соблюдавшего воздержанность независимо от поводов ее нарушить. Отбытие из замка пришлось отложить на сутки. А потом мы все-таки выступили, усыпая свой путь опустошаемыми на ходу винными кувшинами и пузырьками антипохмельных снадобий.

В Зальме нас встретили с восторгом. Последовала еще одна термоядерная пьянка, только гораздо большего масштаба. Отличившихся гвардейцев представили к наградам, и всем выплатили премии в размере полугодового жалования. Меня градоначальник хотел провозгласить почетным гражданином, но ему напомнили, что я им уже являюсь. Тогда сановник предложил сделать князя Форгартского членом городского совета. Инициативу поддержали, мудро предоставив мне право сколько угодно отсутствовать на заседаниях.

— В следующий раз он тебе свое место уступит, — сказала Джейн.

За время нашей разлуки она заметно изменилась. С нее будто сдуло часть молодости. Осваивается в роли великой магистрессы, значит…

— Я его отставку не приму, — ответил я. — Из меня мэр — как из вороны певица. Да и следующего раза не будет. Скоро навсегда покину и Зальм, и Гинкмар… Знаешь что? Составь мне компанию на сегодня. Все равно все бухают, а ты не пьешь почти.

— Давай! А чем займемся?

— Хочу воздать должное одной славной богине. А то она для меня много сделала, а я слишком часто оказывал внимание другой.

И мы отправились в поход по всем восемнадцати святилищам Агапэ, что имелись в Зальме. В каждом храме, в каждой часовне я совершал подношения. Уже на третьем обряде Агапэ поняла мои намерения, и над алтарем на секунду проявилось ее улыбающееся лицо. Думаю, она была бы полностью счастлива, повенчайся я с Джейн у последнего алтаря. Но такая жертва оказалась бы для меня слишком тяжелой.

Не желая весь день изобретать предлоги для того, чтобы выпить поменьше, мы прокрались в городской замок и спрятались там, где нас никто не догадался бы искать: в келье главного зальмовского мага. Он принял нас с удивлением, однако радушно. Ночь провели в гостинице, а наутро я попрощался с Джейн, оседлал Люцифера и уехал. Беспрепятственно. В семь утра в Зальме не нашлось достаточного числа дееспособных лиц, чтобы меня задержать.

Глава 20

Люц давно прокачал силу так, что мог без особой усталости возить меня от рассвета до заката. Однако я, как встарь, чередовал верховую езду с ходьбой пешком. Во-первых, к возможному неожиданному бою конь все же будет свежее. Во-вторых, самому не хотелось терять способность преодолевать большие расстояния без маунта, и его отсутствие в медитации меня в том только укрепило. В-третьих, без всадника Люциферу было сподручнее тренировать скаковые навыки. Мы это занятие никогда надолго не забрасывали, а так как развитие несвойственных скиллов у кого угодно всегда идет туго, Люцу пока хватало для прогресса и скачек без нагрузки. Пока я топал по зарослям прямым курсом, он нарезал круги вокруг меня, то наращивая скорость, то снижая, лавируя меж деревьев и перепрыгивая через валуны и коряги. Наибольшие достижения за ним числились именно в области преодоления препятствий. Их в Гинкмарском лесу сколько угодно.

Пробежки перемежались периодами отдыха. Когда Люцифер слишком увлекался, я тут же напоминал ему, что пора пройтись шагом. Он пристраивался сбоку, и мы болтали о чем-нибудь, коротая время.

— Вот выберемся в степи — там ты дойдешь до кондиции, — говорил я.