Существо было одновременно материально и нематериально. Порождение магии в грубой обертке живого существа.

И таких тварей за спиной олийца я разглядел немало. На их спинах устроились ездоки, по строению похожие на питомцев – магия, а поверх материя.

Единственным «нормальным» человеком был мой старый знакомец Фредерик. Полностью настоящий, живой, олиец взмахнул рукой:

– Жгите, братья! И да не опалит огонь даже ресниц воинам степи!

– Двуликий! – практически одновременно завопили неподалеку, и меня сбили с ног.

Я больно ударился головой о камень. Сознание не потерял, но картинка перед глазами враз стала нечеткой. С трудом разглядел, что меня прижимает к земле Джухар.

– Вам нужно быть осторожней, Двуликий! – поймав мой взгляд, сказал кочевник. – Боги… спустившись на землю… становятся… уязвимыми…

– Ты так уверен? – огрызнулся я. – Впрочем, извини… Погорячился… Спасибо, Джухар!

Он улыбнулся и уронил голову. Тело его разом обмякло.

– Джухар, – позвал я.

Он не двигался. Лежал ничком, уперев лоб в мою ногу.

Я резко подтянул его к себе и обхватил за шею.

Тишина.

Мертв.

Проклятье!

Я подхватил его меч и рывком встал. Когда-то мне доводилось махать этой штукой… совсем немного, правда. Посмотрим, всё ли я забыл.

Нужно пробиваться к Оранжевой. Не станет ее – веронцы дрогнут.

Только вот где искать волшебницу?

Очередной сгусток магического огня разрезал тьму ночи, и я увидел женщину в оранжевой накидке с капюшоном. Она стояла чуть поодаль и отчаянно размахивала руками. Видимо, раздавала приказания.

И, кроме этого, внутри нее зрел комок магии. С каждой секундой разрастаясь, дюйм за дюймом, он багровым пятном разбухал, пульсировал во тьме ночи.

И как я не заметил ее сразу?!

Лавируя между островками сражающихся и время от времени отмахиваясь мечом от жаждущих боя веронцев, я спешил успеть к ней раньше, чем заклятие созреет.

Дорогу мне преградил огромный воин с двуручником. Он держал меч легко, будто игрушку.

– Ты не пройдешь! – уверенно заявил он.

У меня не было ни времени, ни желания вести с ним честный бой.

– Помилуй, о храбрый герой! – возопил я, роняя меч и падая на колени. Одновременно из рукава в мою ладонь скользнул нож.

– Нет пощады врагам королевства! – слишком серьезно возгласил он и замахнулся двуручником.

Нож метнулся к его шее, словно оголодавший вампир… и отскочил, будто от камня.

Не вставая, я оглянулся: на меня смотрели огромные блюдца василисковых глаз.

– Лита! Назад! Уводи его и беги к нашему костру! – воскликнул я и, вскочив на ноги, бросился мимо статуи верзилы к Оранжевой.

Не более двадцати футов… заклятие почти созрело… она уже поднимает руку… ладонь смотрит мне в грудь…

Фонтан огня, обрушившийся на нее с неба, едва не ослепил меня. Я закрыл лицо рукой и рухнул на камень… Сознание померкло и вспыхнуло!

Чужое сознание. Последние мысли Оранжевой словно разом стали материальными и развернулись перед моим взором.

Я увидел ратушу, заполненную людьми. Священник бубнил обязательные молитвы, периодически осеняя себя крестным знамением, зрители в нетерпении перешептывались.

У алтаря стояли двое. Красивая дама за тридцать в необычно оранжевом свадебном платье улыбалась. В руках она сжимала небольшой букетик – такой согласно традиции после венчания бросают в толпу гостей.