Еще повыше двери карта Российской империи, тоже со слонами нарисованными. Куцая. Даже до Хабаровска не доходит. Так и нет еще Хабаровска. Там ничейная земля.

– Товарищ, вас тут не стояло! – стал подниматься Тургенев, не написавший «Муму».

– Вы же, Иван Николаевич, русский человек? И чиновник Российской империи, чего же вы на языке врагов разговариваете? Продались? Французы наших солдат и офицеров убивают, а вы на их поганом языке разговариваете!!!

Гоголь отдыхает с Добчинскими и Бобчинскими. Профессора рот раскрыли.

– Ваше превосходительство, вы кто?

«Я ужас, летящий на крыльях ночи». – Не сказал.

– Я глас народа.

– Народа? – Тургенев плюхнулся на царский трон, вернее этому стулу трон бы позавидовал. Тут поколения эльфийских мастеров резали завитушки.

– Господа, а скажите мне, кто главные спонсоры вашего университета?

– А что, собственно, происходит? – поднялся сухонький мужичок в английском фраке?

– Представьтесь. Кто вас вежливости учил?

– Снегирев Михаил Матвеевич – профессор логики и нравственной философии.

– Так кто, по-вашему, является крупнейшим спонсором университета, Михаил Матвеевич?

– Семейство Демидовых, несомненно.

– Вот это я и хотел услышать. Я тут информацию получил, что у вас три факультета, прошу прощения – отделения. Или факультета? Запутался, но все одно – три. Медицинский, философский и юридический. Все медики у императорской фамилии иностранцы. Кого готовите? И что сделали для Демидовых?! У них, мать вашу, Родину нашу, все управляющие и инженеры немцы. Почему они вам книги, деньги, коллекции, а вы им хрен на блюде. Не любите спонсоров, презираете тех, кто не словоблудием занят, а действительную пользу стране приносит? Почему на философском факультете нет отделения, в котором инженеров готовят? Физику же и математику преподаете? Есть тут профессора, что физику преподают?

– Страхов Петр Иванович – профессор физики, – поднялся мужчина в парике и мантии, как в Хогвартсе.

– А химии есть? – Молчание.

– Прикладные физики?

– Панкевич Михаил Иванович – профессор прикладной математики. Защитил диссертацию по теме «Об особенных гидравлических машинах, которыми с помощью действия упругих паров воды и давления атмосферы вода может быть поднята до чрезвычайной высоты и проч.».

– Сейчас чем занимаетесь?

– Кхм, попечителем университета сенатором Михаилом Никитичем Муравьевым мне было предложено выполнить перевод на русский язык «Principia» Ньютона, потихоньку…

– Потихоньку. Срок три месяца, господин Тургенев, выделите помощь и контролируйте. Должна быть издана в этом году. Набирать по мере готовности глав отдельными брошюрами. Потом выпустить под общей обложкой. Ньютон умер двести лет назад, а вы перевести за это время не удосужились. Прекратить издавать стихи и всякую философскую дрянь. Издавать перевод на русский язык химических и физических трактатов виднейших зарубежных ученых. И математические книги в том числе. Без математики физика невозможна.

Брехт оглядел скрючившихся профессоров, не перегнул палку? Половина почти сидела и головами вращала. Вона чё, вообще русский не знают. Плохо.

– Иван Николаевич, запретите в стенах университета общаться на французском. Студентам, а преподавателям сделайте надбавку к зарплате, кто усердно русский изучает, ежели они из Европы. Всем же гражданам Российской империи устройте экзамен на знание русского языка. Ясно? – Вот теперь нормально, пора включать заднюю.

– Так точно, ваше превосходительство.