– Ой, ой, ой, – замахал руками профессор. – А подоходчивее, Владимир Абович, а? Нам чтобы буквально на пальцах, а?

Владимир Абович вздохнул.

– Ну, хорошо, попробую. В общем, сначала производится съемка объекта. Это понятно?

Оба слушателя уважительно кивнули. Успокоенный доцент продолжил лекцию.

– Для этого не надо никакой вспомогательной оптики, только сама интегральная пластинка. После съемки пластинка проявляется и фиксируется. Это понятно? А затем пластинку просвечивают рассеянным светом со стороны эмульсионного слоя. При этом в области пространства, занятой ранее – при съемке – объектом, формируется его объемное, ну, стереоскопическое изображение.

– Владимир Абович, нам бы еще проще, а? – взмолился профессор, видя, что и Антон ничего не понимает.

Владимир Абович кинул на них взгляд обреченного.

– Хорошо, – безнадежно сказал он. – Я уж и так, как для идиотов... В общем, это стереоскопическое изображение является результатом наложения друг на друга отдельных изображений, возникающих при обратном ходе лучей света через каждый из линзовых элементов.

Оба слушателя поморщились и в унисон вздохнули. Владимир Абович мужественно продолжил:

– Для такого изображения характерны высокие стереоскопические свойства, игра светотени и бликов, и если оглядывать его с разных сторон, возникает полное впечатление поворота объекта.

– Голография, что ли?

– Ну, примерно, – неохотно признал Владимир Абович. А может, решил не спорить с такими невежами, не метать бисер перед свиньями.

– А почему этот метод не получил широкого распространения? – спросил профессор. – Это же прорыв в науке, все бы захотели такие изображения, а?

– Это дорого, – вздохнул толстяк, отирая пот со лба. – Дорого и очень трудоемко. Слушайте, тут так жарко или мне кажется? Доктор, мне можно будет на ночь температуру померить? Так вот, на пути массового распространения стоят огромные технические трудности изготовления высококачественных интегральных пластинок. Правда, существуют методы, представляющие собой упрощения метода Липмана, например растровая стереофотография и интегральное кино, в котором на стадии проекции изображения используется радиально-растровый стереоэкран, состоящий из конических линзовых элементов...

Профессор опять замахал руками. Владимир Абович покорно свернул свою высоконаучную лекцию.

– В общем, Паммель еще в двадцатых годах, если не ошибаюсь, предложил свою методику получения интегрального изображения, с помощью зеркала, покрытого эмульсионным слоем. Такое зеркало являлось своего рода и объективом, и проектором. Если сзади зеркала находился источник света, то надо было занять место перед зеркалом в определенной точке, и появлялось изображение. Но его можно было видеть только по средством зеркала, то е сть глядя в него. Возникала полная иллюзия присутствия объекта. Я даже видел такое зеркало, служившее проектором, его сделал сам Паммель.

– Вы... Вы в-видели?! – заикаясь от волнения, переспросил Антон.

– Ну да. Я понимаю ваше волнение, юноша, это действительно был уникальный прибор, не имевший аналогов. Он представлял собой старинное зеркало в резной раме красного дерева, оно само по себе – произведение искусства.

– А изображение? – Антон затаил дыхание, ожидая ответа.

– Изображение... – доцент задумался. – Кажется, это была женщина в шляпе с полями. Она надевала шляпу и поворачивалась то туда, то сюда. Сознаюсь, это производило сильное впечатление. Но у прибора были определенные недостатки. Во-первых, прибор работал только при дополнительной подсветке: за зеркалом должен был находиться источник света.