Я с трудом усидела в своем укрытии. Под старомодной герцогиней подразумевалась не кто иная, как Елизавета Йоркская, моя чудесная, милейшая соседка по Шотландии — я ее обожала, а королева… Что тут еще добавить, если так говорят о самой королеве.

— Я скажу вам, что мне надо, лапочка, — продолжала американка. — Мне нужно платье, которое сойдет на коктейли или в модный ночной клуб, и чтобы в нем можно было танцевать. Такое, знаете, авангардное, чтобы на меня все смотрели.

— У меня есть именно то, что вам нужно, — отозвалась Белинда. — Одну минуточку, сейчас моя манекенщица вам его покажет.

Она метнулась ко мне за занавеси.

— Скорее! Снимай пурпурное, надевай черно-белое. — Она едва ли не швырнула в меня другим нарядом и исчезла. Я ужом выползла из пурпурного и попыталась надеть черно-белое. Но в тесноте и темноте не разглядела, где в нем что. Поэтому неуверенно влезла в него обеими ногами и потянула вверх.

-. Побыстрее, пожалуйста. Мы не можем заставлять клиентку ждать, — окликнула меня Белинда.

Я отчаянно сражалась с платьем. Оно было из черного атласа, с длинной и очень узкой юбкой, такой узкой, что я едва натянула ее на бедра. Верхняя часть платья спереди смахивала на белую манишку официанта, застегивалась на шее и оставляла спину открытой.

— Ну, вы готовы наконец? — позвала Белинда.

Я не застегнула одну из пуговиц на шее, надеясь, что под прядями волос заметно не будет, и вышла из-за занавесей. В узкой юбке удавалось только семенить крошечными шажками. Такой наряд ну никак не подходит для танцев и ночных клубов! На ходу я почувствовала, как за мной что-то тянется по полу, вроде шлейфа, и не сзади, а сбоку. В самом деле, удивительный наряд — в жизни ничего столь дикого не видела. Клиентка явно была того же мнения.

— Это что еще такое? — вопросила она. — Милочка, да у меня зад больше, чем у нее, и я в такое платье нипочем не влезу. К тому же она, кажется, вот-вот рухнет.

Тут я как раз ухватилась за край занавеси и чуть не сшибла пальму в кадке.

Белинда вскочила.

— Погодите, что-то не так. — И тотчас завопила: — Джорджи, это же брюки! Вы всунули обе ноги в одну штанину!

Американка пронзительно расхохоталась.

— Вот так дурочка, — сказала она. — Вам нужна новая манекенщица, и лучше всего — француженка.

Она поднялась, чтобы уйти. Белинда кинулась к ней.

— Видите ли, я ее не предупредила. Она никогда раньше не видела…

Американка перебила ее:

— Милочка, если вам даже хороший персонал не нанять, то покупать у вас платье я просто не рискну. — И она унеслась прочь, хлопнув дверью.

— Какая грубиянка, — возмутилась я. — Тебе все время приходится мириться с таким обращением?

Белинда кивнула.

— Такова цена. Но, Джорджи, честное слово, кто, кроме тебя, попытался бы влезть в одну штанину?

— У меня не было времени разбираться, — оправдалась я. — И я предупреждала: со мной такое постоянно. Я просто ходячая катастрофа.

Белинда засмеялась.

— Это точно. O-о, бедняжка, только погляди на себя. Ну и вид, просто с хохоту лопнуть.

И впервые за несколько дней я захохотала так, что не могла остановиться.

ГЛАВА 17

Ателье Белинды Уобертон-Стоун

Мейфер, Лондон

Суббота, 30 апреля 1932 года

Мы долго извлекали меня из брючной штанины, стараясь не разорвать ее по швам.