Они прошли на кухню. Он нагрел воду, и они вернулись в Общинные, где в полном молчании, передавая друг другу чайник, начали пить чай. Бус подумал, заметил Джеффер служащую Флота или нет. Для полного счастья им сейчас только не хватало, чтобы из двери завыл металлический голос.

– Как ты думаешь, он бы оставил записку, если что? – спросила она.

Бус кивнул. Но передать бы они ее смогли только через Джеффера!

Мерфи начала хмуриться:

– А это обычно для Разера… поступать так?

Бус мигом оценил ситуацию.

– Раньше он так никогда не поступал. Ну, он очень беспокоился, возьмут его во Флот или нет. Может, ему на месте не сиделось. Рейс во Тьму…

И тут Бус понял, что попал прямо в точку. «Если тебя сочтут ненадежным…» Разер отправился с ними, во Тьму.

– …Это как раз то, что ему сейчас нужно, – закончил он.

– Зато нас это не совсем устраивает, – Мерфи отрицательно мотнула головой, когда Бус в очередной раз протянул ей чайник. – И сколько они собирались отсутствовать?

Им не нужно обыскивать всю Тьму в поисках таких ценных продуктов, как «бахрома» или «черный мозг». Главная цель этого рейса – грязь, значит…

– Тридцать‑сорок дней.

Но они бы никогда не полетели без Клэйва, значит, они увезли все семена с собой. Но зачем?

– Передай Разеру, что мы весьма недовольны его поведением. Бус, мне пора идти.

Бус притаился у двери, поджидая, пока Мерфи отлетит подальше.

– Джеффер? – чуть спустя прошептал он.

Тишина.

Ну да, они же и шлем с собой взяли. Он выглянул: Сектри уже превратилась в небольшое пятнышко, лавирующее между джунглями. Он открыл потайное отделение в двери.

Весь этот проклятый незаконный костюм исчез.

В течение какого‑то волшебного мига он не испытывал ничего, кроме облегчения. Но что‑то затевалось, и Бусу это «что‑то» очень не нравилось.

Карлот раскалила угли. Нос ракеты был нацелен прямо на Тьму. Восток ведет тебя вне, вне ведет на запад. То, что ракета летела туда, куда направлен ее нос, прямо противоречило всем жизненным устоям Разера, но ему совсем не хотелось спорить с Карлот.

Рынок они миновали на весьма внушительной скорости. Несколько граждан обернулись, провожая их взглядами, но ракета уже затерялась в небе.

Рэйм Уилби никогда не умел держать язык за зубами.

– Самая первая часть рейса – не что иное, как истинное развлечение, но и здесь вы можете хлебнуть лиха. Карлот, наш бак почти пуст, стет? Разворачивайся. Сократи подачу воды. И входи внутрь, крутясь, словно волчок.

Карлот непонимающе взглянула на него.

– Ну, понимаешь, если что‑то будет надвигаться на нас, ты просто поддашь воды. И неважно, в какую сторону будет смотреть твой нос, главное

– чтобы он не был нацелен постоянно вперед. Когда ты видишь, что что‑то вот‑вот врежется в нас, ты меняешь курс. Когда видишь, что опасность проходит стороной, следуешь дальше.

– А…

Карлот и Клэйв повернули сопло. «Бревноносец» стал разворачиваться, и тут она перекрыла воду. Судно, медленно крутясь вокруг своей оси, продолжало двигаться вперед. Небо постепенно начинало темнеть.

– Птицы – это хуже всего. Пруд, грязевой пузырь, джунгли – они не последуют за тобой, если ты успел увернуться. У всех есть гарпуны? Стет. Эй, вы только принюхайтесь! Первый запах Тьмы. О Государство, как хорошо вернуться сюда!

«Бревноносец» падал прямо внутрь Сгустка. Они словно погружались в какое‑то гигантское штормовое облако… В воздухе запахло сыростью, гнилью и плесенью.