Алекс, который медитировал около Женьки — и ему досталось от злобной покойницы.

И на нем был крестик коварной Лоры.

А теперь он висит на шее Дэна.

«Мертво давно то кладбище, — раздался в голове беспечный голос Пелагеи. — За тридцать лет давно уж плоть истлела…».

У простых покойников — да. Но я сама читала в Библии ведьмы про то, как одна из моих прабабок воевала с похороненной полвека назад ведьмой! И плоть ее не истлела за это время, скорее мумифицировалась, усохла. Не ушла ее мертвая душа ни в рай, ни в ад, все осталось при теле, в котором давно перестало биться сердце. Являлась она бабке и в этом мертвом теле, и духом, который та описывала как темный сгусток, похожий на дым, от которого так и веяло злобой!

Сердце обожгло льдом, я достала сотовый и позвонила Дэну. Я вслушивалась в долгие гудки, сначала — с безумной надеждой, на то, что сейчас услышу его голос, и посмеюсь над своими страхами. Да я ему все прощу, только бы он был жив…

— Абонент не отвечает или временно недоступен, — наконец доброжелательно сказал автоматический женский голос и связь прервалась. Глотая слезы, я набрала номер Сереги-художника, своего старого друга.

— Привет! — он схватил трубку после первого же гудка. Слышен был какой-то шум около него, людские голоса.

— Ты где? — тут же спросила я.

— В Москве, на выставке.

— Счастливо отдохнуть, — невпопад брякнула я и отсоединилась.

После этого принялась лихорадочно листать телефонную книжку. Кого, кого можно взять с собой?

Нелька, Мультик… Господи, мне нужен кто-то сильный и преданный, кто и спину прикроет, и не удерет если что. Девчонки тут ни к чему.

На одном из телефонов я на секунду задумалась, после чего решительно его набрала.

— Слушаю, — спокойно сказал Тау.

— Это Магдалина.

— Вечер добрый, — очень вежливо отозвался он. — Как дела?

Отчего-то у меня создалось впечатление, что он борется со страстным желанием меня послать, и подальше.

— Хреново, — застенчиво призналась я. — Нужна помощь.

— Опять? — изумился он. — И что на этот раз?

— Да надо на одно кладбище съездить за городом. Ты не мог бы мне составить компанию?

— А что, одной страшно? — доверительно спросил он.

— Еще как, — созналась я в припадке честности. — Кладбище больно плохое, там раньше и покойники вставали, да и сейчас, чую, что-то есть.

— Магдалина, — скучающе сказал он. — Ты меня поражаешь. Знаешь, сколько сейчас времени? Самое оно по кладбищам гулять. Давай ты мне перезвонишь завтра утром, назначишь свидание в городском парке, покатаемся на карусельках, то-сё…

Я скосила глаза на запястье — одиннадцать вечера.

— Не пойдет. Мне срочно надо, прямо сейчас быть на том погосте.

— Тогда вперед, я тебя не держу, — зевнул он. — А я спать. Всего доброго, Магдалина.

— Стой! — быстро сказала я, боясь, что он бросит трубку.

— Ну?

— Алекс, мне правда больше не к кому обратиться, — вздохнула я. — Понимаю, что мы мало знакомы и все такое, но дело сильно опасное. Одной страшно, а знакомых туда взять не могу. Они хлюпики, живыми, боюсь, не выберутся.

— А мной рисковать можно? — иронично спросил он.

— Так ты-то воин, специально обученный!

— Магдалина, воины Катори клятву подписывают кровью, что не станут без нужды ввязываться в драку.