Оно пришло в себя и вскочило, все еще пытаясь сбежать от нее. Она схватила его за загривок и крепко удерживала на некотором расстоянии от себя, так как оно старалось укусить ее, причем зубы у него были гораздо острее, чем у нее. Она сильно его встряхнула и зашипела, и оно прекратило свои попытки ее укусить. С мгновение оно безвольно повисло в ее хватке, а затем начало дико тараторить. Оно говорило на языке, который она не могла разобрать, но повторы модуляции и тональности дали ей предположить, что этот язык мог быть производным от языков, с которыми она была знакома. Она покачала головой, показывая, что не понимает. Существо продолжало болтать, причем еще быстрее, неистово жестикулируя. Она ответила, пробуя различные диалекты гномов. Оно замолчало, чтобы прислушаться, затем качнуло своей головой в ответ и снова начало верещать. Во время своей речи оно так размахивало своими конечностями, что напоминало куклу, которую с остервенением дергали за невидимые нити.

Она опустила его на землю и освободила, указывая на него в качестве предупреждения, чтобы оно не пыталось снова бежать. Оно хмуро посмотрело на нее и сложило на груди свои руки, умудряясь одновременно выглядеть и вызывающим, и испуганным. Она попробовала несколько диалектов дворфов и троллей, но оказалось, что оно и их не понимает. Каждый раз оно замолкало и прислушивалось к ее словам, затем начинало тараторить на своем языке, как будто благодаря его настойчивости в повторении сказанного она сможет его понять.

Наконец, оно плюхнулось в траву, все еще со сложенными на груди руками, отведя в сторону взгляд и скривив неодобрительно рот. Она впервые увидела нож у него на поясе, странного вида узкое лезвие, изогнутое и зазубренное на конце. Также заметила небольшой мешочек, привязанный к ремню; и мешочек, и ремень были кожаными и украшены бисером. Карманы, находившиеся по бокам штанов, были украшены по краям орнаментом. К какому бы виду оно ни принадлежало, оно явно превосходило уровень гномов–пауков. И все–таки оно не принадлежало ни к одной известной ей расе.

Она отбросила диалекты дворфов и троллей и уже была готова отпустить это существо, считая это дело бесполезным; ей нужно двигаться дальше, чтобы найти кого–нибудь еще. Потом она решила, скорее импульсивно, попробовать поговорить с ним на эльфийском языке, хотя существо ничем не походило на эльфа. Однако эльфы были самым древним видом в мире и, соответственно, их язык тоже. Ответная реакция была мгновенной. Существо сразу же перешло на такую же манеру говора и она смогла его понять.

— Глупая женщина! — рявкнуло оно, слова странно звучали на этом необычном диалекте, но вполне понятно. — Так орать на меня. Посмотри, что ты со мной сделала! Посмотри, с какой высоты я упал! Я мог переломать все свои кости!

Он потер свои руки, как бы делая на это упор, бросая ей вызов. Она прищурилась, глядя на него:

— Следи за тем, что говоришь мне. Если мне не понравится то, что я услышу, я могу на самом деле тебе переломать все кости.

Он скорчил гримасу.

— Я мог бы поранить тебя, если захотел. Тебе следует бояться меня. — Его странное лицо поморщилось, а язык облизал губы на кошачий манер, обнажая острые как бритва зубы. — Кто ты? Ты ведьма?

Она покачала головой:

— Нет, я Ард Рис из Паранора. Я друид. Где я нахожусь?

Он тупо на нее уставился:

— Что с тобой случилось? Ты не знаешь, где ты находишься? Ты потерялась? — Он не дождался ответа.