— Я воспользуюсь этими камнями, Хайбер, — сказал Арен Элессдил — потому что ты права, полагая, что только с их помощью мы сможем убедиться, что тейнквил существует. Если эльфийские камни покажут нам его, тогда мы узнаем, что должны отправиться в путешествие. Но пойми и еще кое–что. Я говорю о последствиях. Воспользовавшись камнями, я рискую раскрыть наши намерения для Шейди а'Ру и ее союзников. Эльфийские камни обладают мощной энергией и ее высвобождение сразу же будет обнаружено. Когда это случится, те, от кого мы стремимся убежать, явятся сюда.

— Дядя Арен, они все равно придут, — заметила Хайбер. — Ты же это говорил.

Арен кивнул:

— Но теперь они явятся гораздо раньше. По все вероятности, уже к ночи. У нас больше не будет времени думать о том, что нам делать. Решение принято. Мы должны покинуть Эмберен — Пендеррин, Тагвен и я — на поиски тейнквила, а ты обратно в Арборлон.

Хайбер Элессдил тут же замотала головой:

— Я пойду с вами. У меня нет другого выбора. Дядя Арен, пожалуйста, разреши мне закончить, ничего пока не говори! Ты возьмешь с собой эльфийские камни, потому что знаешь, что они еще понадобятся. Так как я не могу вернуться домой без них, я должна тоже отправиться с тобой. Однако, есть еще одна причина, причем более веская. Если с тобой что–нибудь случится, то ни Пен, ни Тагвен не смогут воспользоваться камнями, потому что они не эльфы. Поэтому остаюсь я, если ты меня научишь, как ими пользоваться. Я знаю, это не того, чего ты хотел бы. Знаю, что тебе не нравится эта идея. Но ты понимаешь, что это необходимо. Найти и спасти Ард Рис — вот что имеет значение.

Она перевела дух:

— Я хочу этого, дядя Арен. Я хочу помочь. Я хочу что–то делать, а не сидеть в Арборлоне и ждать, когда моя семья выдаст меня замуж. Я хочу, чтобы моя жизнь чего–то значила. Пожалуйста. Разреши мне тоже идти.

Он какое–то время смотрел на нее, затем повернулся к Тагвену:

— Есть ли еще друид в Параноре, кому можно доверять, чтобы он отправился вместе с нами?

Тагвен нахмурил брови и рассеянно стал теребить свою бороду:

— Если ты спрашиваешь, есть ли кто–то, в ком я был бы уверен, то ответ нет. Некоторым я доверяю больше, чем другим, но на данный момент я не знаю, как глубоко пустил корни этот заговор. Ты и сам знаешь, как обстоят дела. — Он расправил плечи. — Думаю, нам стоит взять ее с собой. Она старше этого мальчугана и она способная. Нам может понадобиться ее помощь. Мне не хочется об этом думать, но с любым из нас может случиться все, что угодно. Остальные должны суметь выполнить поставленную задачу.

Арен Элессдил в растерянности покачал головой:

— Я жалею, что с самого начала позволил тебе услышать наш разговор, Хайбер. Не стоило тебе впутываться в это дело.

— В это не стоило впутываться никому из нас, — ответила она. — Но мы впутались, не так ли? Разреши мне пойти с вами.

Он долгое время раздумывал, и Пен был уверен, что он скажет нет. В таком положении родители Пена сказали бы ему нет. Вряд ли родители желали, чтобы их дети подвергались подобным рискам. Родители хотят, чтобы их дети находились дома в безопасности. Он не думал, что есть какая–нибудь разница в подобных отношениях между дядями и племянницами.

— Хорошо, — наконец произнес Арен, удивив всех. — Ты можешь отправиться с нами — потому что я не могу придумать, что еще с тобой делать. Отослать тебя домой  — и ты окажешься в еще большей беде, причем не по своей, а по моей вине. Но ты должна согласиться делать то, что я тебе скажу, Хайбер. Что бы я ни сказал тебе в этом путешествии, ты должна это выполнять. Никаких споров, никаких оправданий. Я знаю тебя; знаю, что у тебя в голове. Обещай мне.

Она поспешно кивнула:

— Обещаю.