Завтракали они в полной тишине.

Лика не знала, о чем говорить, хотя на языке вертелось много вопросов. Стромов тоже молчал. Ночь прошла, утро внесло свои коррективы, и девушка чувствовала, как с каждой минутой рассеивается тот сладкий дурман, который связывал их воедино еще пару часов назад.

Она почти физически ощущала, как мужчина, еще недавно шептавший ей на ушко всякие глупости, отдаляется от нее. Как он замыкается в себе. Как с катастрофической быстротой становится чужим и холодным.

Даже Борис, на секунду заглянувший в кухню, поспешно сбежал, едва Кирилл бросил в его сторону неприветливый взгляд.

Лика понимала: Стромов что-то недоговаривает. Что-то важное, что может касаться ее самой. Но приставать с расспросами не решилась. Она интуитивно чувствовала в этом мужчине какую-то пропасть и боялась, что если приблизится к ней — то упадет.

Лика знала, что есть такая категория тайн, которые лучше не трогать. И тайна Кирилла была одной из таких. Лучше закрыть глаза, сделать вид, что все хорошо. И, может быть, опасность тебя не затронет.

— Я приготовил для тебя контактные линзы и суточную дозу коктейля.

— Зачем? Я же под домашним арестом.

— Но это не отменяет тот факт, что ты сидишь здесь в банном халате.

Она натянуто улыбнулась. Да, Борис купил ей футболку с веселеньким принтом и мешковатые джинсы, но о нижнем белье, средствах гигиены и прочем он не подумал. Ей придется позаботиться об этом самой. Позвонить Нейману, договориться о встрече или купить все с нуля.

Но профессор не сможет покинуть базу раньше шести. Таковы правила. А о том, что денег на её карте почти по нулям, она тоже не скажет. Лучше сидеть без трусов, чем позволить Кириллу покупать ей одежду! Меньше всего она хотела быть у него в должниках.

— Ты намекаешь на прогулку по магазинам? — Лика слегка усмехнулась.

— Ну почему же намекаю, — он поднялся из-за стола и посмотрел на нее сверху вниз долгим, оценивающим взглядом. — Говорю прямым текстом. И знаешь, — его губы растянулись в завораживающей ухмылке, от которой у девушки между ног растеклось предательское тепло, — есть тут один неплохой бутик с нижним бельем. Уверен, ты будешь потрясающе выглядеть в кружевных стрингах.

Она не сдержала негодующий рык. Пальцы сжались, сминая края салфетки.

— Ты намеренно меня провоцируешь! — Лика бросила в сторону Кира обвинительный взгляд. — А потом говоришь, что я себя не контролирую! Это не честно.

— Не честно? — он покачал головой. — Если на улице кто-то не так посмотрит в твою сторону, что-то скажет или другим действием заденет тебя — реакция будет намного страшнее. Ты не успеешь и оглянуться, как уже будешь сидеть над разорванным трупом бедняги. Или до тебя все еще не дошло, почему люди отстреливают веров, как бешеных собак?

— Я изучала психологию веров! — огрызнулась девушка. Но Кир был прав, этого она отрицать не могла. В таком состоянии она опасна и для себя, и для окружающих.

Стромов пододвинул к ней маленькую коробочку с линзами серого цвета и пол-литровую бутылку с прозрачной жидкостью.

— Сколько я должна выпить?

— Достаточно пары глотков. Я немного увеличил процент действующего вещества.

— Что в нем? — она с любопытством повертела бутылку в руках.

Однажды Кир уже напоил ее подобным раствором, но так и не признался, что в него входит. Только сказал, что его создал Павел Мещерский — тот самый, что создал и первых веров.

— Несколько химических соединений, открытых моим приемным отцом.

Эти слова заставили Лику задуматься. Делая те самые пару глотков, она машинально крутила в пальцах пластиковую крышечку.