Байрон кивнул, словно мог читать мои мысли. Он почувствовал серьезность моих слов и понял, что я вне его притязаний.

– Понятно, – пробормотал капитан. – Повезло же этому «другому».

– Можно сказать и так, – ответила я, поднимая голову.

Лицо Байрона сделалось решительным. Он поднял свой меч.

– Начнем. Итак, вам приходилось скрещивать оружие с противником?

– Разумеется.

– А с противником, намеревающимся причинить вам вред?

– Нет, – созналась я.

– Понятно. А вы когда-нибудь обнажали меч с целью самозащиты?

– Естественно.

– Сколько раз?

– Один.

– Там, в таверне?

– Да, – нехотя ответила я.

– И ваш маневр не удался, верно?

– Не удался.

– А как вы думаете – почему?

– Спасибо, я сама знаю причину, – почти огрызнулась я. – И в подсказках не нуждаюсь.

– И все же сделайте мне одолжение.

– Я замешкалась.

Байрон задумчиво кивнул, затем глотнул из фляги и протянул ее мне. Я тоже сделала глоток и почувствовала, как от спиртного по телу разливается теплая волна. Я отнюдь не была наивной. Я знала: чтобы уломать женщину и затащить в постель, нужно вначале ее напоить. Но на палубе было холодно. Меня вполне устраивало общество Байрона, если не считать некоторой его докучливости… Ничего страшного не случилось. Я просто глотнула из его фляжки.

– Верно, – продолжил разговор Байрон. – А как вы должны были бы действовать?

– Послушайте! Я не нуждаюсь в…

– Не нуждаетесь? Да вас там чуть не похитили. Думаю, вы догадываетесь, что́ они сделали бы с вами, если бы сумели увезти со двора. Вы бы не сидели на палубе, попивая винцо с капитаном. Вас бы держали в трюме, где вы доставляли бы известные утехи команде. Всем ее членам, сколько бы их там ни было. В Дувр бы вы приплыли, сломленная душевно и телесно, а там вас с Элен продали бы, как скот. И это случилось бы, не окажись меня в таверне. И вы до сих пор считаете, что я не вправе указывать на ошибки в ваших действиях?

– Моей главной ошибкой было то, что сунулась в эту чертову таверну, – призналась я.

– Вы уже бывали в Англии? – спросил Байрон.

– Нет, но владению оружием меня учил англичанин.

Капитан усмехнулся:

– Будь он здесь, он бы сказал, что промедление едва не стоило вам жизни. Короткий меч не является оружием предостережения. Это оружие действия. Раз уж вынули меч из ножен, пускайте его в ход, а не размахивайте, как палкой. – Он опустил голову, надолго припав к кожаному горлышку, затем протянул фляжку мне. – Есть множество причин для убийства: долг, честь, отмщение. Все они требуют времени на обдумывание. Они же после вызывают угрызения совести. Но самозащита или защита другого человека – единственная причина для убийства, которая позволяет вам действовать незамедлительно.

Немного отойдя от берега, я обернулась. Байрон глядел нам вслед. Я помахала ему и обрадовалась, когда он помахал в ответ. Затем контрабандист повернулся и быстро исчез, а мы с Элен двинулись к вершине скалы, держа ориентир на Дуврский маяк.

Меня предупреждали, что ехать до Лондона в карете небезопасно, поскольку на дороге попадаются разбойники. Однако наша поездка прошла без приключений. Увидев Лондон, я поняла, что он очень похож на Париж. Только здесь над крышами висела плотная стена тумана, а по угрюмой реке Темзе в обе стороны безостановочно двигались корабли и лодки.