Она хотела было отстраниться, но запах его кожи, такой пьянящий, такой мужской, кружил ей голову, лишая последних сил к сопротивлению. Айлин закрыла глаза и уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его. Но по телу ее уже разливалась сладостная истома, разбуженная дразнящими прикосновениями. Он водил языком по ее губам, возбуждая ее. Айлин понимала, что еще чуть-чуть и она сдастся, что не откажет ему ни в чем…

Несмотря ни на что, она начинала в него влюбляться. По-настоящему. А ей совсем этого не хотелось. Ведь у них нет и не может быть никакого будущего. Потому что он никогда-никогда ее не полюбит!

Повинуясь инстинкту самосохранения, заложенному на подсознательном уровне, Айлин все же сумела оторваться от Алека.

— Послушай, я же тебе говорила, что приехала сюда работать, — выдохнула она, стараясь унять дрожь в голосе. — И у меня нет времени на эротические приключения.

Он по-ребячески помотал головой, и в серых, обычно таких суровых и жестких глазах зажегся веселый огонек.

— Послушай, нельзя же все время работать. Иногда надо и расслабляться. Позволять себе время от времени маленькие удовольствия…

Его мягкий чувственный голос как будто ласкал ее — он был не менее возбуждающим, чем прикосновения. Айлин потребовались все силы, чтобы не поддаться тем опасным порывам, которые будила в ней близость Алека. Она сделала глубокий вдох, немного пришла в себя и гордо вскинула голову.

— Может быть, — натянуто проговорила Айлин. — Но у меня нет желания ложиться с тобой в постель. И давай больше об этом не будем.

Протиснувшись мимо Алека, она бегом поднялась по лестнице.

Айлин сидела на краешке кровати, с тихой ненавистью глядя на распахнутый гардероб. Ей нечего было надеть на праздник — во всяком случае, у нее не нашлось ничего такого, что могло бы соперничать с изысканными нарядами Марджори Истлейн. Айлин всегда одевалась просто и в то, в чем ей было удобнее. У нее, правда, было два-три более-менее пристойных костюма для представительства, но она их отправила к родителям. Ей и в голову не могло прийти, что в такой глуши понадобится вечернее платье.

Айлин все еще раздумывала над решением этой проблемы, как вдруг зазвонил телефон. Алека не было дома, и хотя Айлин не слышала сирены, возвещающей срочный вызов для спасательной команды, она все равно поспешила вниз, в гостиную, где стоял телефон.

— Айлин? — Голос Пат звучал несколько неуверенно. — Привет, это я. Как ты там?

Айлин сделала глубокий вдох и уселась на нижнюю ступеньку лестницы, держа телефон на коленях.

— Нормально, — нарочито спокойно произнесла она. — А как вы? Хорошо съездили?

Пат нервно рассмеялась.

— Потрясающе! Погода была просто чудо! Ужасно не хотелось возвращаться домой. В общем, я сегодня звонила маме, и она мне сказала, что ты перебралась в коттедж.

— Все правильно, — едко отозвалась Айлин. — И меня здесь дожидался большо-о-ой сюрприз.

— Извини! Мне и в голову не приходило, что ты соберешься поехать туда зимой. Если бы знала, я предупредила бы тебя, что он там. И потом, я подумала, ты не будешь особенно возражать.

— Какая ты проницательная!

— Просто ему надо было где-то пожить, чтобы спокойно закончить книгу, а коттедж все равно пустовал. Вот мы с Роном и решили… — зачастила Пат. — Договор был только до Пасхи. Мы все равно раньше туда не ездим. Э-э… Ты, случайно, не знаешь, как с ним связаться? Он не прислал Рону свой новый адрес.