|
Вы не скучаете по развлечениям Вашингтона? - Если бы скучал, то вернулся бы. - Как вы проводите время? - Так, как мне нравится. - Чем зарабатываете на жизнь? - Это нескромный вопрос. - Ничего страшного! Вы же все равно считаете всех репортеров продажными. Итак? - Она вопросительно приподняла брови. - Я развожу скот. Видимо, этот простой ответ удивил ее. - Скот? - Он кивнул. - В самом деле? Хм. И вы знаете, как это делать? - Я научился этому с детства. - Где? - Там, где жил мой отец. - Это мне ни о чем не говорит. - А вам и ни к чему, мисс Трэвис. Она разочарованно вздохнула. - Вы хорошо проявили себя в тайных военных операциях и были советником президента. Определенно нет ничего будоражащего кровь в разведении скота. Трудно поверить, что вы нашли что-то занимательное в вашей новой деятельности. - Меня не волнует, во что вы верите. - Значит, вы живете здесь один и целый день скачете на лошади? Он даже не потрудился ей ответить. - Просто пасете скот, как жалкий пастух? - Да. Когда надо. - Именно этим вы и вчера занимались? Ушли из дома пасти скот? - Нет. Вчера я ездил в Джексон-Хоул. - И я приехала оттуда. Мы наверняка встретились на дороге. - Она отодвинула пустую тарелку. - Прекрасный завтрак, спасибо. Он засмеялся. - Да будь это коровья лепешка, вы бы и ее с удовольствием съели. - Зачем бы мне это делать? - Потому что вам от меня что-то нужно. Так как секс не привел к цели, вы пробуете завязать дружбу. Может, вся эта болтовня, очередная попытка меня обезоружить? Если честно, мисс Трэвис, первое действие мне понравилось больше. - Это не было попыткой. Я уже говорила, это было... - Просто случайностью. Скажите, вы прыгаете в кровать к каждому встречному? - Послушайте... - Ваш папа любил вас? Она опустила взгляд, затем снова посмотрела на Грэя. - Видимо, я не могу винить вас за столь низкое о себе мнение. - Ага, сейчас мы превращаемся из друга в раскаивающегося грешника! - Будьте вы прокляты! - выкрикнула она и встала. - Я была честна с вами. Он тоже встал. - Нет, мисс Трэвис, вы были или храбры, или глупы. Так или иначе, я не собираюсь разговаривать с вами ни о себе самом, ни о семье Мерритов. И мне также неинтересного, что вы можете поведать мне о них. - Вы слышали то, что я сказала о смерти их ребенка? - Слышал. Не верю и никогда не поверю. - Он собрал тарелки, отнес их в раковину и пустил воду. - Почему? - Потому что это из тех слухов, которые вы, репортеры, распускаете в надежде, что на них клюнет какой-нибудь простофиля. |
