|
Но первым, кого она увидала, был Гаузнер, склонившийся над нею в больничной палате, - с черными кругами под глазами, заросший щетиной, сильно постаревший. Он тогда погладил ее по щеке, вздохнул и сказал: "Никому из нас не дано уйти от своей судьбы, девочка; смертью, как и жизнью, распоряжаемся не мы, а наш рок, и поступать можно только так, как велит судьба; ее нельзя обмануть". - Плохо себя чувствуете? - спросил Блас. - Устали с дороги? - Нет-нет, - ответила Криста. - Просто я думаю, о чем бы вас попросить... Мне очень многое рассказали о Севилье, я должна посмотреть фабрику, где работала Кармен, католическую академию, она вроде бы связана с экспедицией Колумба, арабские улочки, архитектуру семнадцатого века, особенно в старом городе, библиотеку и еще десяток мест, я даже забыла их названия... - Напомним, - ответил Блас. - С чего бы хотели начать? - Мне все равно. Вы же мой гид. - Я бы начал с того, с чего хотят начать все мужчины, - усмехнулся он и поднял бокал. - За ваш приезд в Севилью. - Спасибо, - ответила она и сделала маленький глоток тяжелого, черно-красного вина. - Специального интереса у вас нет? Криста не поняла, удивилась: - То есть? - Ну, какие-нибудь фирмы, занятные люди, университет... - Нет-нет, меня это совершенно не интересует. - Как устроились? - Вполне сносно. - В отеле? - Да. - Как называется? - "Мадрид". - Это сарай, а не отель. Лучше вам переселиться в ателье моего друга Витторио. Он сейчас пишет в Малаге, прекрасная мансарда, есть телефон, старый район, там вам будет приятнее. - Нет-нет, спасибо. Я уже сказала в Мадриде, где поселилась. Туда могут звонить. - Нет ничего проще оставить портье ваш новый номер, - заметил Блас. - Впрочем, как знаете. Дело гида - предлагать, возможность гостей - отказываться от предложений... - Когда мы должны быть в "Лас пачолас"? - Это зависит от вас. - Нет, это зависит от начала концерта, который там дают фламенко. - О, это будет ночью. - Тогда у меня есть время принять душ? - Конечно. - Я могу не переодеваться? Он посмотрел на нее, ничего не ответил, пожал плечами - они у него были крепкие, налитые, но все равно в них угадывалась женственность, слишком покатые; у Пола они сухие и квадратные, словно рубленные топором, и глаза у него очень холодные, хотя жгуче-черные; они у него теплеют только перед сном, а еще, когда он смотрит на меня ранним утром. |
