|
.. Давай так... Страница двести седьмая, сверху восьмая строка... Жаль, что она не назвала цифру "семь", машинально подумала Кристина; прочитала текст: - "Когда же будешь отпускать его от себя на свободу, не отпусти его с пустыми руками"... - Дальше, - попросила Элизабет. - По-моему, и так все понятно... - Что, дальше плохо? - Не знаю... - Дальше, - повторила Элизабет, - я боюсь одной строки... Приходится много додумывать... - Это ничего, если я закурю еще одну сигарету? - спросила Крис, кивнув на спящих мальчиков. - Закурим вместе, - ответила Элизабет; она снова д е р ж а л а себя, стала прежней - спокойной и чуточку снисходительной. - "Но снабди его от стад твоих, - продолжила Криста, - от гумна твоего и от точила... Дай ему, чем тебя благословил Господь... Помни, что и ты был рабом в стране Египетской и избавил тебя Господь, Бог твой, потому я тебе это и заповедую... Если же он скажет: "Не пойду я от тебя, потому что люблю тебя и дом твой", возьми шило и приколи его ухо к двери, и будет он твоим рабом на век. Так поступай и с рабою твоей"... Элизабет, наконец, весело засмеялась, ничуть не опасаясь, что мальчики проснутся, а Криста даже створки стенного шкафчика открывала осторожно, страшась, что з а п о ю т петли; бедненькая, как же трудно ей; сердце разорвано на три части, а я до сих пор не верю, что Пол по-настоящему мой муж... Чему ты не веришь, спросила она себя. Тому, что он "твой"? Или "муж"? Это разные понятия. В этом пустячном различии корень людских бед... "Мой" - собственность, "муж" - это мужчина, который позволяет себя любить, нежно и покорно принимает мою ласку; мужчина - это сила вообще; муж - сила, защищающая тебя, вот в чем разница... - У тебя было прекрасное гадание, - сказала Элизабет, затягиваясь. - Хочешь, я буду толкователем? Криста села рядом с ней, прижалась, ощутила ее опавшую грудь, вспомнила маму, дрогнула спиной, испугалась, что не сдержится, разревется; нельзя, ни в коем случае нельзя, ей труднее, чем мне! - Тебе холодно? - спросила Элизабет, почувствовав, как вздрогнула спина Кристы. - Не простудилась? - Нет, мало спала... - Ты совсем не спала, бедненькая, - сказала Элизабет и подняла с ее лба тяжелые, ш е л е с т я щ и е волосы. - Какая же ты у нас красивая... Совершенно григовская девочка... Не сердись, я темная, но Григ был норвежцем или финном? - Не сержусь, - Криста прижалась к ней еще теснее. - Норвежцем. На тебя будем гадать? - Обязательно... Страница триста пять, двенадцатая строка снизу. Не открывая книгу, Криста спросила: - Ты называешь цифры с каким-то смыслом? Или просто так? Элизабет удивилась: - А какой смысл может быть в цифрах? Криста убежденно ответила: - Может. |
