|
Доктор Кондон поднялся на галерею и достал из-под кирпича записку: "Пересеките улицу и двигайтесь вдоль забора к кладбищу, до улицы 233. Там встретимся". И доктор Кондон пошел по безлюдной улице к воротам кладбища Вудлоу. Несмотря на то, что он никого не видел, доктор чувствовал - за ним наблюдают. Пробило двадцать один тридцать; он заметил размытое белое пятно, осторожно двигавшееся среди могил; человек делал рукой какие-то знаки. Кондон пошел навстречу; в глубине кладбища, среди деревьев и памятников, его ждал мужчина. Доктор смог запомнить глаза, смотревшие на него из-под полей надвинутой на лоб шляпы; лица различить было нельзя - тьма непроглядная. - Принесли деньги? - это был тот же голос, с иностранным акцентом, который доктор слышал по телефону. - Нет. Я не принесу деньги, пока не увижу ребенка. - А меня казнят, если ребенок мертв? - Мертв?! - закричал Кондон в ужасе. - Не кричите! - рявкнул мужчина. - Ребенок жив и прекрасно себя чувствует. - Как вы можете доказать, что я разговариваю с тем человеком, который мне нужен? - спросил доктор. - Разве вы не получали писем, подписанных кругами? Кондон вытащил из кармана два зажима, которые находились в кроватке ребенка, - он взял их с разрешения Линдберга: - Ответьте, что это такое? - Ребенок был закреплен этими зажимами в кроватке, - сразу же ответил незнакомец. - Верно. Как вас зовут? - "Джон", - ответил тот. - Откажитесь от этого дела, "Джон", - взмолился доктор. - Пойдемте со мной... У меня есть тысяча долларов, они будут вашими, отдайте дитя добром... - Нам не нужны ваши деньги, - ответил "Джон". - Но ребенок жив? - Конечно... ...Через пять дней доктор получил по почте посылку - ночную рубашку Чарльза-младшего. В записке, которую завернули в рубашонку, было выдвинуто новое требование: "Принесите выкуп до того, как увидите ребенка. В случае принятия этого условия Линдберг должен дать объявление в нью-йоркской газете "Америкэн", всего три слова: "Согласен. Деньги готовы". Линдберг поместил это объявление. День за днем выходило оно в указанной газете, но "Джон" молчал... Через несколько дней доктор Кондон получил, наконец, ответ "Джона": "Сообщите, готовы ли вы к проведению операции в субботу вечером? Если да, опубликуйте в газете эти же три слова". Теперь Линдберг более всего боялся спугнуть похитителей. Национальное казначейство пообещало, что его агенты не станут вмешиваться в это дело, но лишь отметят номера банкнот, которые будут переданы похитителям. |
