Так они и тащились, временами соскакивая с нарт и то подталкивая их, то выправляя.

    Когда до города оставалось километров семь, они выехали на наезженную снежную трассу, и их время от времени стали обгонять машины. Дорога была узкой, время – часы пик, их неспешный караван довольно сильно нервировал спешащих водителей. Тем более что Виталий никак не желал прижиматься к обочине.

    Наконец он доигрался. Джип, точно такой, с каким была стычка несколько недель назад по дороге в аэропорт, долго мигал им фарами и сигналил. Навстречу шли тяжелые фуры, и он никак не мог их обогнать. Зато, едва обогнав, резко тормознул и преградил дорогу каравану.

    Знакомая ситуация повторялась. Только теперь из джипа выскочили не двое бандюганов, а трое. Четвертый же остался за рулем.

    С перекошенными лицами, злобно матерясь, они бросились к Виталию. Мистер Бэр тоже немедленно поднялся с нарт, по-видимому весьма туманно предполагая, чтО может последовать вслед за бандитской руганью.

    Только не хватало, чтобы его сейчас положили носом в снег и прошлись сапогами по ребрам.

    Николай на ходу соскочил со своих нарт и тоже оказался рядом.

    Он не знал, что им скажет, но понимал, что за мистера Бэра будет драться до последнего.

    – Забирай Бэра, отъезжай в сторону, – негромко скомандовал он своему водителю и постарался загородить иностранца.

    Неожиданно ситуация резко переменилась.

    – Ты, что ли? – весело спросил один из бандитов, который матерился больше всех.

    – Ну я, – хмурясь, согласился Николай, узнавая в нем того, которому странный пассажир в тот раз оставил руку целой.

    Остальные парни тут же замерли, разглядывая Николая.

    – А где твой седой?

    – А сейчас подъедет.

    И снова Николай удивился тому, как преображаются только что грозные бандюганы в обычных дворовых мальчишек с туповатыми курносыми лицами.

    – Ну он крутой! – повторил как бы старый знакомый. И повернулся к своим. – Короче, так, садимся, едем. Ты извини, крикнул бы сразу, мы бы и тормозить не стали. – И парень, улыбаясь, протянул руку для пожатия. – У него друг, седой, – объяснил он своей компании. – Конкретный мужик.

    Они залезли в свой джип и, газанув, резко рванули с места.

    – Я вижу, вы хорошо умеете ладить с молодым поколением, – заметил мистер Бэр.

    А лихой водитель Виталий с уважением посмотрел на Николая:

    – Однако, Николаич, про тебя, значит, не зря слухи шастают.

    Когда начинает слишком везти, это пугает еще сильнее, чем невезение. Николай Николаевич такое уже прошел. Надежда живет даже в печали. А при внезапном везении за каждым поворотом ждет внезапный обвал.

    В институт с автобазы их доставил директорский шофер.

    – Наконец-то! – обрадовалась секретарша. – Павел Григорьевич уже стал беспокоиться.

    Сразу в дверях кабинета показался и директор.

    – Прошу, прошу, прошу! – провозгласил он радостно, пропуская вперед мистера Бэра.

    И Николай увидел стол, украшенный закусками.

    – А тебя, Николай Николаевич, дорогой, с утра поджидает один господин.

    И директор кивнул на двери напротив, где помещался давно одряхлевший зам по науке Силантьев.